Вымогательство угрозы убийством покушение на убийство пытки истязания

Истязание (ст. 117 УК РФ)

Вымогательство угрозы убийством покушение на убийство пытки истязания

Истязание определено в законе как причинение физических или психических страданий путем систематического нанесения побоев либо иных насильственных действий, которые являются способом совершения этого преступления.

Последствиями могут быть легкий вред здоровью либо физическое или психическое страдание потерпевшего.

Состав преступления – материальный. Если в результате истязания наступит вред, предусмотренный ст. 111 или 112 УК РФ, содеянное квалифицируется но этим статьям. В отличие от преступления, предусмотренного ст. 116 УК РФ, истязание состоит в умышленном систематическом (не менее трех раз) нанесении потерпевшему побоев.

Наряду с нанесением побоев способами истязания могут быть любые действия, связанные с многократным или длительным причинением боли, – уколы, щипание, укусы, сечение кнутом, розгами, использование электрического тока и т.д.).

Перечисленные действия приобретают характер истязания, если они совершаются систематически, продолжительное время и в силу этого связаны с длительными физическими и психическими страданиями.

Страдания – это многократная длительная боль, которую испытывает потерпевший. Если результатом истязания явилось причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью, содеянное квалифицируется по ст. 111 или 112 УК РФ.

Часть 2 ст. 117 УК РФ предусматривает ответственность за то же деяние, совершенное:

  • – в отношении двух или более лиц (п. «а»);
  • – в отношении лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга (п. «б»);
  • – в отношении женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности (п. «в»);
  • – в отношении заведомо несовершеннолетнего или лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии либо в материальной или иной зависимости от виновного, а равно лица, похищенного либо захваченного в качестве заложника (п. «г»);
  • – с применением пытки (п. «д»);
  • – группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой (п. «е»);
  • – по найму (п. «ж»);
  • – по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы (п. «з»).

Специфический квалифицирующий признак истязания, предусмотрен п. «д» ч. 2 данной статьи – с применением пытки. Согласно примечанию к ст.

117 УК РФ под пыткой понимается причинение потерпевшему физических или нравственных страданий в целях понуждения к даче показаний или иным действиям, противоречащим воле человека, а также в целях наказания либо в иных целях.

Остальные квалифицирующие признаки аналогичны рассмотренным при анализе ст. 105, 111, 112 УК РФ.

Субъективная сторона истязания характеризуется виной в виде прямого умысла и наличием специальной цели – причинить потерпевшему физические или психические страдания.

Субъект преступления – вменяемое лицо, достигшее возраста 16 лет.

Данное преступление относится к группе преступных деяний, ставящих в опасность жизнь и здоровье человека наряду с преступлениями, предусмотренными ст. 120, 123, 124, 125 УК РФ.

Объектом преступления являются общественные отношения, обеспечивающие безопасность жизни и здоровья человека.

Объективная сторона преступления характеризуется действием – угрозой убийством или причинением тяжкого вреда здоровью. Угроза – это разновидность психического насилия, которое может быть выражено в любой форме: письменно, устно, непосредственно, через третьих лиц, демонстрацией оружия и т.д.

Ответственность за угрозу наступает, если имелись основания опасаться ее осуществления.

При оценке реальности угрозы суд учитывает главным образом восприятие данной угрозы потерпевшим, обстоятельства конкретного дела: обстановку преступления, взаимоотношения виновного с потерпевшим, серьезность повода для угрозы, личность угрожавшего и др.

Если виновный не только высказывает угрозу, но и совершает действия, направленные на ее осуществление, его действия следует квалифицировать как приготовление к убийству либо как покушение па убийство или умышленное причинение тяжкого вреда здоровью. Состав преступления формальный, оно считается оконченным с момента выражения угрозы.

Субъективная сторона выражается в форме прямого умысла.

Субъект преступления – лицо, достигшее возраста 16 лет.

Объективная сторона преступлений, предусмотренных ст. 124 и 125 УК РФ, характеризуется бездействием: неоказание помощи больному без уважительных причин и невыполнение необходимых действий по оказанию помощи лицу, оказавшемуся в опасном для жизни или здоровья состоянии.

Источник: https://studme.org/54078/pravo/istyazanie_117

Вымогательство угрозы убийством покушение пытки истязания

Вымогательство угрозы убийством покушение на убийство пытки истязания

Тем временем городской суд Нягани уже вынес обвинительный приговор в отношении четвертого участника расправы – гражданского лица. Его приговорили к 8,5 года колонии строго режима.

Сегодня, по данным источника в военном СКР, задержаны все участники преступления, а свердловского силовика уволили из спецслужбы сразу, как выяснилась его причастность к криминальным событиям. Об этом Vesti.

Az передает со ссылкой на «Правда УРФО».

В трибунал Центрального военного округа поступило дело бывшего сотрудника УФСБ Свердловской области, который, по версии следствия, являлся соучастником при похищении, пытках и убийстве человека в Нягани ХМАО-Югры.

Они подвесили меня за крюк на стене — пытки и казни на ДонбассеСюжет

который действует в городе Алчевск, и батальон «Спарта» в Донецке.

Бывшие пленники «Правого сектора» рассказывают об огромном спектре нарушений, среди которых — имитация казни, захват заложников, вымогательство, крайне жестокие избиения, угрозы убийством и неоказание неотложной медицинской помощи.

Используя заброшенный пионерский лагерь у села Великомихайловка вблизи Днепропетровска в качестве тюрьмы, «Правый Сектор», как сообщается, удерживал десятки гражданских пленных в заложниках, сдирая крупные суммы денег с них и их семей.

Отвечая на запросы, сделанные Amnesty International, «Правый Сектор» отрицал все обвинения в жестоком обращении с пленными, но признал, что они удерживали узников на своей базе.

Этим занимается, по меньшей мере, три отдельных структуры.

Особенности методики и тактики расследования вымогательства

Взаимодействие следователя и органов, осуществляющих расследование.

Общая криминалистическая характеристика преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотиков, особенности возбуждения уголовного дела, обстоятельства, подлежащие установлению. Особенности тактики проведения первоначальных следственных действий.

Криминалистическая характеристика вымогательства. Типичные следственные ситуации на первоначальном этапе расследования и основные пути их разрешения.

Покушение на воровство, угрозы, вымогательство, покушение на избиение. нужен ваш совет. пожалуйста прочтите и помогите

организатора я знаю заочно. а исполнителей не знаю — Что делать если на меня организуют покушение. организатора я знаю заочно. а исполнителей не знаю. далее

1 ответ. Москва Просмотрен 69 раз. Задан 2012-12-30 11:50:01 +0400 в тематике «Миграционные вопросы» Биржа труда обязана предоставить работу по специальности ? — Биржа труда обязана предоставить работу по специальности. далее

1 ответ.

Преступление против здоровья и их виды (покушение на убийство 2 и более лиц совершенное общеопасным способом, истязание с применением пытки, причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности)

Леонов подлежит ответственности по  п. «Е» ч.2 ст.

117 УК (истязание с применением пытки), поскольку действия Леонтьева являются иными насильственными действиями (длительное причинение боли, причинение множественных повреждений причинившие физические и психические страдания). Под пыткой же понимается действие, которым намеренно причиняются физические и нравственные страдания с целью наказать потерпевшего.

Задача 5 .Поскольку согласно п.1 ст.

Трем военным грозит пожизненное за пытки и убийство

Испугавшись, второй солдат упал на землю и задержал дыхание, имитируя смерть, а позже — сбежал. Непосредственным свидетелем был сержант, который также был в состоянии алкогольного опьянения.

Он пытался скрыть преступление и достал из кармана убитого документы, после чего спрятал труп», — рассказала прокурор военной прокуратуры Харьковского гарнизона Ольга Чекирда.

В ходе досудебного расследования выяснилось — военные покушались на жизнь еще двоих сослуживцев, избивали солдат, держали взаперти, пытали и угрожали убийством.

«Установлено, что подозреваемые причинили вред 7 потерпевшим.

Убийство, пытки и пьяный угар: на Харьковщине военным за зверские преступления грозит пожизненное

Младший сержант выстрелил в одного из солдат, в результате чего тот от полученных ранений скончался. Испугавшись, второй солдат упал на землю и задержал дыхание, имитируя смерть, а позже — сбежал.

Непосредственным свидетелем был сержант, который также был в состоянии алкогольного опьянения.

Он пытался скрыть преступление и достал из кармана убитого документы, после чего спрятал труп», — рассказала прокурор военной прокуратуры Харьковского гарнизона Ольга Чекирда.

Военных подозревают еще во множестве преступлений: покушении на жизни еще двоих сослуживцев, нанесении солдатам телесных повреждений, присвоении боеприпасов, незаконном лишении свободы и угрозы убийством.

«Установлено, что подозреваемые причинили вред семи потерпевшим.

Уголовный кодекс ( УК РФ ), N 63-ФЗ от

Источник: http://yustiva.com/vymogatelstvo-ugrozy-ubijstvom-pokushenie-pytki-istyazaniya-31228/

Уголовная ответственность за преступления, совершенные с особой жестокостью, по законодательству РФ

Вымогательство угрозы убийством покушение на убийство пытки истязания

Сливкина Е. Ф. Уголовная ответственность за преступления, совершенные с особой жестокостью, по законодательству РФ // Молодой ученый. — 2018. — №22. — С. 254-256. — URL https://moluch.ru/archive/208/50879/ (дата обращения: 09.11.2019).



Проблема совершения преступления с особой жестокостью является несомненно актуальной по целому ряду причин, среди которых можно назвать и то внимание, которое уделяет этому признаку законодатель, включая его в качестве квалифицирующего в отдельные составы Уголовного кодекса Российской Федерации (далее — УК РФ) [1], и те проявления жестокости, с которыми, к сожалению, приходится сталкиваться в современной социальной действительности.

Возросший уровень агрессивности зачастую приводит к разрешению любых конфликтных ситуаций не просто силовыми методами, но с использованием истязаний и пыток, преднамеренным причинением тяжких увечий.

Причем, применение жестокости наблюдается не только в среде преступного мира (между организованными преступными группами и преступными сообществами), нередко попутно объектами, подвергающимися преступлениям, совершаемым с особой жестокостью, становятся женщины и, что самое страшное, — дети.

К сожалению, статистика констатирует рост преступлений, совершаемых с особой жестокостью, и в сфере семейных правоотношений.

Несомненного разрешения требует вопрос чёткого определения термина «особая жестокость», как самостоятельной уголовно-правовой категории. Законодателем этот вопрос не решён, что приводит к многочисленным затруднениям в судебной практике при квалификации соответствующих деяний, а также возникновению разногласий в толковании закона.

Для того, чтобы констатировать наличие «особой жестокость» в каком-либо преступлении, важно исследовать как его объективную, так и его субъективную сторону.

Но зачастую при квалификации преступления как совершённого с особой жестокостью внимание обращается исключительно на выбранный способ его совершения, ставя во главу угла объективные признаки состава.

Но применение изощрённой особой жестокостью возможно и через психическое воздействие на потерпевшего либо близких ему людей. Хотя даже при сочетании психического и физического воздействия особое внимание при квалификации уделяется именно последнему.

Так, в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.01.1999 № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» указывается, что при квалификации убийства по п. «д» ч. 2 ст.

105 УК РФ надлежит исходить из того, что «понятие особой жестокость связывается как со способом убийства, так и с другими обстоятельствами, свидетельствующими о проявлении виновным особой жестокости» [2].

Суды же при квалификации убийства как совершённого с особой жестокостью обязаны установить, что виновный имел умысел именно на совершение убийства с особой жестокостью.

Этот признак будет присутствовать, например, если в процессе или перед лишением жизни к жертве применялись пытки, истязания, глумление, причинялись особые страдания (например, мучительные виды смерти: медленно и болезненно действующий яд, сожжение заживо, смерть от голода и пр.). Особая жестокость проявляется и в причинении жертве смерти в присутствии родственников или близких людей, когда последним причиняются страдания увиденным, а виновных осознаёт их и желает их наступления.

В связи с этим нельзя согласиться с мнением Пленума ВС РФ о том, что глумление над трупом не может расцениваться как обстоятельство, свидетельствующее о совершении убийства с особой жестокостью, и его следует квалифицировать по ст.. ст. 105 и 244 УК РФ (надругательство над телами умерших).

Например, действия по расчленению трупа убитого убийца может совершать также в присутствии близких и дорогих ему людей, что будет причинять им сильнейшие психические и морально-нравственные страдания.

Представляется, что в такой ситуации действия виновного должны квалифицироваться именно как совершённые с особой жестокостью.

Но вернёмся уголовно-правовой категории «особая жестокостью». Следует констатировать терминологическую поливариантность уголовного законодательства в исследуемом вопросе. Так, в статьях УК РФ употребляется и сам термин «особая жестокость» и близкие по значению категории «издевательства», «мучения» (например, в п. «в» ч. 2 ст. 112 УК РФ).

Можно отметить, что в науке уголовного права проводились неоднократные исследования соотношения выделенных категорий, с учетом которых у ученых сложились две противоположные точки зрения на их правовую природу.

Так, А. Д. Дашиева рассматривает эти понятия как однопорядковые, но неравнозначные, т. к. они подразумевают разные способы причинения физических или психических страданий потерпевшему [3, с. 29].

С этим мнением не согласна Н. А. Андреева, которая считает, что понятия «садизм», «издевательства», «мучения», «пытки», «страдания» как бы включаются в более ёмкое понятие «особая жестокость» и не требуют законодательного выделения и разграничения [4, с. 28].

Ж. В. Тришина называет «особую жестокость» родовым понятием по отношению к остальным, хотя и считает возможным их самостоятельное использование [5, с. 56–57].

Н. П. Попова придерживается сходной точки зрения [6, с. 40].

На наш взгляд, мнение А. Н. Попова, указывающего, что «жестокость включает в себя и издевательства, и мучения, и истязания, и пытки, и садизм» [7, с. 361] является самым близким к истине, т. к. все перечисленные понятия являются различными гранями одного и того же явления — причинения физических и (или) психических страданий.

Важность проанализированной терминологии для правоприменительной практики заключается в том, что она позволяет идти по пути дифференциации степени проявленной жестокости, а также степени общественной опасности совершённых преступлений.

При этом следует отметить нежелательность внесения каких-либо уточняющих изменений в соответствующие постановления Пленума ВС РФ, т. к. каждое из них «посвящено», как правило, самостоятельному составу, а составов преступлений, в которых квалифицирующим признаком являются рассмотренные уголовно-правовые категории, достаточное количество.

Поэтому более логичным представляется принятие единого постановления Пленума ВС РФ, в котором будет предусмотрен единообразный подход к толкованию такой уголовно-правовой категории, как «особая жестокость» и иных «сопутствующих» понятий.

Также следует обратить внимание на тот факт, что законодатель применяем анализируемую категорию не только как квалифицирующий признак, но и в качестве одного из обстоятельств, отягчающих наказание (п. «и» ч. 1 ст. 63 УК РФ), поэтому «такой вариант может приниматься во внимание при совершении практически любого преступления» [8, с. 74].

Соответственно, если правоприменитель изменит свой подход и примет разъяснения проблем судебной практики не по применению определённых составов преступлений, а по их предметной составляющей, то это в итоге в большей степени будет способствовать единообразности толкования такой поливариантной на сегодняшний день категории, как «особая жестокость».

Литература:

  1. Уголовный кодекс Российской Федерации: федер. закон от 13 июня 1996 г. № 63-ФЗ // Собрание законодательства РФ. — 1996. — № 25. — Ст. 2954.
  2. О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ): постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.01.1999 г. № 1 // Российская газета. — 1999. — 9 февр.

Источник: https://moluch.ru/archive/208/50879/

Некоторые аспекты квалификации умышленных убийств |

Вымогательство угрозы убийством покушение на убийство пытки истязания

Убийство является преступлением, при квалификации которого возникают трудности и на стадии расследования, и на стадии рассмотрения уголовного дела в суде.

Квалификация убийства представляет собой основополагающую, фундаментальную, стержневую часть применения уголовного закона в следственной и судебной практике.

Тем не менее, несмотря на то что тема убийства изучена серьезно и досконально, на практике ошибки при квалификации данного преступления до сих пор совершаются.

По каждому делу об умышленном убийстве должны быть установлена форма вины, выяснены мотивы, цель и способ причинения смерти другому человеку, а также исследованы иные обстоятельства, имеющие значение для правильной правовой оценки содеянного и назначения виновному справедливого наказания.

Квалифицирующие признаки умышленных убийств указаны в части второй ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ).

Для квалификации убийства по части второй ст.

105 УК РФ необходимо, чтобы существование сформулированного в соответствующем пункте данной части указанной статьи УК РФ объективного обстоятельства (например, беременность потерпевшей, особая жестокость или общеопасный способ убийства) осознавалось виновным либо его умышленные действия (бездействие), направленные на лишение жизни другого человека, диктовались определенными мотивами (в частности, национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды, кровной мести, корыстными, хулиганскими побуждениями) либо подчинялись определенной цели (сокрытие другого преступления, использование органов или тканей потерпевшего и др.). Осознанной виновным должна быть и связь совершаемого им убийства с другими преступлениями, указанными в той же части второй УК РФ (похищение человека, разбой, вымогательство, бандитизм, изнасилование и др.).

Убийством двух или более лиц (п. “а” ч. 2 ст. 105 УК РФ) признаются действия виновного, состоящие в одновременном или последовательном лишении жизни нескольких человек, независимо от того, связаны ли совершаемые убийства единством умысла, мотива, намерений, при условии, что ни за одно из этих убийств виновный ранее не был осужден.

По смыслу уголовного закона, убийство одного человека и покушение на убийство другого не может рассматриваться как оконченное преступление – убийство двух лиц.

В таких случаях независимо от последовательности преступных действий содеянное следует квалифицировать по части первой или части второй ст. 105 и части третьей ст. 30, пункту “а” части второй ст. 105 УК РФ (п.

5 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации “О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)”

При рассмотрении дел этой категории Московский областной суд руководствуется данным разъяснением Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Так, действия С. были квалифицированы по части первой ст. 105 и части третьей ст. 30, пункту “а” части второй ст. 105 УК РФ, поскольку он на почве внезапно возникших неприязненных отношений к Х. и В.

, действуя с прямым умыслом на лишение жизни двух лиц, нанес каждому удары клинком ножа: первому – в область живота, второму – в область груди. От полученных повреждений В. скончался на месте, а Х.

остался жив благодаря вмешательству другого лица и своевременному оказанию ему медицинской помощи. Дело из Архива Московского областного суда.

В соответствии с уголовным законом действия лица, совершившего убийство другого человека, заведомо для него находящегося в беспомощном состоянии (неспособного в силу физического или психического состояния защищать себя, оказывать активное сопротивление), т.е. когда виновное лицо сознает это обстоятельство, надлежит квалифицировать по пункту “в” части второй ст. 105 УК РФ.

К лицам, находящимся в беспомощном состоянии, могут быть отнесены, в частности, тяжелобольные и престарелые люди, малолетние дети, лица, страдающие психическими расстройствами, лишающими их способности правильно воспринимать происходящее.

Например, заведомо зная, что слепая семидесятипятилетняя Л. в силу своего физического состояния и престарелого возраста неспособна оказать активное сопротивление, О. проник в ее квартиру с целью хищения.

Там с целью убийства Л. при разбое О. нанес ей мясорубкой несколько ударов по голове, причинив перелом костей свода и основания черепа с ушибом вещества головного мозга, от чего она скончалась на месте.

После этого виновный похитил имущество Л.

Совершенные О. преступные действия Московской областной суд квалифицировал по пунктам “в”, “з” части второй ст. 105 и пункту “в” части четвертой ст. 162 УК РФ. Дело из Архива Московского областного суда.

Однако не так идеально обстоят дела с указанными в пункте “в” части второй ст. 105 УК РФ признаками, характеризующими потерпевшего. В этой связи зачастую возникает вопрос о том, относится ли к таковым признакам состояние сна.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 января 1999 г. N 1, законом подобное состояние потерпевших прямо не предусмотрено в качестве беспомощного состояния, однако беспомощность будет иметь место тогда, когда человек в силу психического или физического состояния не может защитить себя.

Полагаем, что по данному вопросу требуется прямое разъяснение, так как преступления, связанные с причинением смерти, нуждаются в обстоятельном рассмотрении в каждой конкретной ситуации.

Как следует из практики Московского областного суда и уголовного адвоката, сон потерпевших, находящихся в состоянии алкогольного опьянения, не признается беспомощным состоянием.

Так, приговором суда Т. осужден по пункту “а” части второй ст. 105 УК РФ за совершение на почве личных неприязненных отношений убийства Т. и Б. Осужденный нанес спящим потерпевшим множественные удары ножом по различным частям тела, и от полученных ранений потерпевшие скончались на месте в течение короткого промежутка времени.

Суд обоснованно исключил возможность осуждения Т. по пунктам “д”, “к” части второй ст. 105 УК РФ, сославшись на то обстоятельство, что убийство потерпевших было совершено одновременно, смерть потерпевших наступила в короткий промежуток времени, исчисляемый единицами минут, после причинения им телесных повреждений. Дело из Архива Московского областного суда.

Приведем еще один пример из практики адвокатов Москвы.

Б. в своей квартире на почве личных неприязненных отношений совершил убийство Г. и неизвестной женщины, останки которых закопал во дворе своего дома. А через год после этого в той же квартире по мотиву личных неприязненных отношений с целью убийства М.

он нанес ему ножом несколько ударов в область шеи, головы, груди и левого бедра в присутствии близкого потерпевшему лица Б.А. Желая причинить М. особые мучения и страдания в процессе лишения его жизни, Б. под угрозой убийства заставил Б.А. отрезать М. половой член. От полученных ранений М. скончался на месте.

После этого с целью сокрытия преступления Б. с использованием ножа причинил смерть Б.А. Дело из Архива Московского областного суда.

Действия Б. правомерно квалифицированы как убийство, совершенное с особой жестокостью (по пунктам “а”, “к”, “д” части второй ст. 105 УК РФ). В силу разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 января 1999 г.

N 1, признаком особой жестокости признаются, в частности, случаи, когда перед лишением жизни или в процессе совершения убийства к потерпевшему применялись пытки, истязание или совершалось глумление над жертвой либо когда убийство совершено способом, который заведомо для виновного связан с причинением потерпевшему особых страданий (нанесение большого количества телесных повреждений, использование мучительно действующего яда, сожжение заживо, длительное лишение пищи, воды и т.д.).

Вместе с тем следует учитывать, что само по себе нанесение потерпевшему большого количества телесных повреждений не свидетельствует об особой жестокости. Необходимо принимать во внимание целенаправленность поведения виновного, наносящего большое количество ударов: он желал быстрого наступления смерти потерпевшего или хотел, чтобы жертва перед смертью приняла особые мучения, страдания.

При этом, учитывая разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенные в п. 8 указанного выше Постановления, следует различать глумление над трупом и убийство, совершенное с особой жестокостью.

Такие действия требуют дополнительной квалификации, поскольку убийство считается оконченным преступлением с момента наступления смерти, соответственно, любые действия в отношении тела убитого находятся вне рамок состава убийства и при наличии к тому оснований требуют дополнительной самостоятельной квалификации.

Кроме того, особая жестокость может выражаться в совершении убийства в присутствии близких потерпевшему лиц, когда виновный осознавал, что своими действиями причиняет им особые страдания.

По пункту “в” части четвертой ст. 162, пунктам “ж”, “з” части второй ст. 105 УК РФ были осуждены С. и Т., договорившиеся о нападении на занимавшегося частным извозом водителя с целью хищения автомобиля и иного имущества, в ходе которого они намеревались лишить его жизни. Осуществляя задуманное, вооруженные ножами С. и Т.

прибыли в безлюдное место на автомобиле, которым управлял М., и напали на него. Желая наступления смерти потерпевшего, С. нанес ему ножом несколько ударов в область шеи и груди. В результате совместных и согласованных действий виновных М. от полученных колото-резаных ранений скончался на месте.

Дело из Архива Московского областного суда.

Согласно п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 января 1999 г.

N 1 убийство, которое произошло в процессе совершения указанных преступлений, следует квалифицировать как сопряженное с разбоем, вымогательством или бандитизмом.

Содеянное в таких случаях квалифицируется по пункту “з” части второй ст. 105 УК РФ в совокупности со статьями данного Кодекса, предусматривающими ответственность за разбой, вымогательство или бандитизм.

Таким образом, если убийство совершено при разбойном нападении или в процессе совершения вымогательства, содеянное надлежит квалифицировать по совокупности преступлений, поскольку само по себе совершение разбоя или вымогательства не охватывается диспозицией пункта “з” части второй ст. 105 УК РФ.

Важно отметить, что умысел на завладение имуществом потерпевшего должен возникнуть у виновного до причинения смерти.

Если же убийство было совершено по другим мотивам, а умысел на завладение имуществом возник после совершения убийства, то квалификация по пункту “з” части второй ст.

105 УК РФ исключается, но при наличии оснований такое деяние может быть квалифицировано по совокупности преступлений как убийство и кража.

Убийство, совершенное группой лиц по предварительному сговору, характеризуется наличием выраженной в любой форме договоренности двух или более лиц, состоявшейся до начала совершения действий, непосредственно направленных на лишение потерпевшего жизни. Для квалификации не имеет значения ни форма предварительного сговора, ни время между таким сговором и началом преступления.

С.В. и С.А. признаны виновными по пункту “ж” части второй ст. 105 УК РФ. Как следует из приговора суда, по предложению С.В. они договорились убить К.

и с этой целью разработали план совершения преступления, распределили роли, приготовили две бейсбольные биты в качестве орудий убийства. После этого виновные под надуманным предлогом выманили находящегося в состоянии алкогольного опьянения К.

из его квартиры и на автомобиле привезли его на место убийства, где совместно и согласованно нанесли ему множественные удары бейсбольными битами и ногами преимущественно по голове, а также один удар в скуловую область лица. Совместными действиями С.В. и С.А.

потерпевшему была причинена комбинированная тупая и колотая травма головы, от которой он скончался на месте. Дело из Архива Московского областного суда.

Как указано в п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 января 1999 г. N 1, убийство следует признавать совершенным группой лиц и в том случае, когда в процессе совершения одним лицом действий, направленных на умышленное причинение смерти, к нему с той же целью присоединилось другое лицо (другие лица).

В то же время определить возникновение умысла у одного лица, а затем у другого, например, в ходе драки весьма сложно.

Возможно, что одно лицо начинает избиение потерпевшего без умысла на причинение смерти, и такой умысел формируется у него лишь после того, как к избиению присоединяется другое лицо, которое в равной мере может действовать и с неопределенным умыслом, и с конкретизированным умыслом на убийство.

Таким образом, существует большое количество проблем, с которыми сталкиваются судебные органы в процессе отправления правосудия по уголовным делам, квалифицируя действия по тому или иному пункту части второй ст. 105 УК РФ. Однако именно от правильной квалификации содеянного зависит размер назначаемого наказания.

При рассмотрении дел об убийстве, являющемся особо тяжким преступлением, за совершение которого возможно назначение самого строгого наказания из предусмотренных ст. 44 УК РФ видов наказаний, суды обязаны неукоснительно выполнять требование закона о всестороннем, полном и объективном исследовании обстоятельств дела.

В связи с этим правоприменителям необходимо знать все обстоятельства совершенного преступления, всесторонне и полно исследовать доказательства по делу, чтобы в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений назначить лицу, совершившему преступление, справедливое наказание.

Егоров А.В.

Источник: https://5898523.ru/nekotorye-aspekty-kvalifikacii-umysh/

Преступления, причиняющие физическую боль и физические страдания — FINDOUT.SU

Вымогательство угрозы убийством покушение на убийство пытки истязания

1) Побои

2) Истязания

Ответственность за них предусмотрена ст. 116 и 117

Согласно диспозиции то, что мы называем преступлением «побои», объективная сторона этого преступления может выражаться двумя видами действия. Побои – всегда общественно-опасные действия.

Побои – это собственно побои или иные насильственные действия, причинившие физическую боль. Побои характеризуются ООД в виде собственно побоев или иными физическими действиями, наличии физической боли.

Вместе с тем, побои предполагают отсутствие последствий в виде реального вреда здоровью.

На прошлой лекции мы только один состав разобрали, остальные – на самостоятельное изучение.

Побои представляют собой неоднократное нанесение ударов. Удар – такое действие, которое причиняет физическую боль. Цель удара – причинение физической боли при побоях. Но удары ударам рознь.

Если нанесена пощёчина, две, то как это расценивать? Это побои? Если это пощёчина, которая физическую боль не вызывает, а действие, которое направлено на то, чтобы унизить достоинство человека, то это не побои. Это оскорбление действием. Если незначительный удар наносится, практически не причиняющий физическую боль, надо смотреть, на что он направлен.

Сейчас у нас оскорбление декриминализировано, но остались его специальные виды, например, неуважение к суду, если нанёс пощёчину участнику процесса.

Вторая разновидность побоев – иные насильственные действия, причиняющие физическую боль. Это может быть укол, таскание за ухо и т.д. и т.п.

В судебной практике возник вопрос, что делать, если нанесён один – единственный удар. Президиум ВС РФ в одном из дел принял решение. Потерпевший получил один-единственный удар. Обвинение квалифицировало это по 116 при наличии жалобы потерпевшего. Побои – дела частного обвинения. Определили, что это побои, так как не повлекло вреда здоровью. Президиум ВС оправдал. Побои в смысле ст.

116 – это неоднократное нанесение удара, поэтому состава преступления по этому признаку нет. Обвинение после этого поумнело. Как быть с этим одним ударом. Тогда обвинение настаивает, что это иные насильственные действия, причиняющие боль. Президиум ВС с этим соглашается. Это однократный удар, но под формулу иных насильственных действий, причинивших физическую боль, он подпадает.

Это умышленное преступление. Совершается с прямым умыслом.

Истязание – ст. 117 – причинение физических или психических страданий путём систематического нанесения побоев либо иными насильственными действиями, если это не повлекло последствий из 111 и 112. Лёгкий вред может быть ПРОВ

Проблемы квалификации:

1) Установление признака систематичности нанесения побоев. Доминирующий подход в доктрине и практике относительно систематичности:

a. Совершение побоев 3 и более раз

b. Три и более раза в пределах срока давности с момента нанесения побоев в первый раз. По делам об истязании срок давности – 2 года. Женщина с сожителем, который нередко занимался рукоприкладством. Женщина несколько раз приходила жаловаться в отдел милиции.

Сотрудники милиции – побои – дело частного обвинения, обращайтесь в суд. Они её так три раза развернули. Проверка районная сказала. Что всё норм. А вот городская прокурорская посмотрела, то в районе понаписали. Истязание дело уже не частного, а публичного обвинения.

 Получилось, что неправильно квалифицировали, а потому и прореагировали

c. Достаточно ли этого? Вопрос спорный.

Практика рассматривает совокупность этих двух факторов как достаточное основание, однако в доктрине высказывается мысль о том, что должна быть объективная и субъективная связь между этими эпизодами.

Какая-то системность должна просматриваться в действиях виновного лица, не только количественная, но и качественная. Это может быть один повод, или какая-то традиция – бьёт после зарплаты, либо приурочивает к каким-то датам и т.д.

2) Отграничение от лёгкого вреда здоровью, побоев. От побоев мы отграничили за счёт систематичности уже. А вот как быть с отграничением от лёгкого вреда здоровью? Когда лёгкий вред идёт по ст. 115, а когда он образует признаки истязания. Необходимо обратить внимание, что по ст.

117 истязание представляет собой причинение физических и психических страданий. Если виновное лицо воздействует на потерпевшего с целью причинения психических и физических страданий и одновременно причиняет лёгкий вред здоровью, то это истязание. Истязание включает в себя помимо лёгкого вреда ещё и причинение страданий.

Здесь аналогично с особой жестокостью при убийстве.

3) Отграничение от особо жестокого способа убийства и других преступлений – бывает так, что лицо сначала истязают, причиняют ему психические и физические страдания. А потому спустя небольшой промежуток времени, лишают жизни.

Как квалифицировать содеянное? Истязание + убийство или убийство с особой жестокостью, не требующее дополнительной квалификации? Это разрешается моментом возникновения умысла на убийства. Если умысел был – сначала поиздеваюсь, а потом убью, то это убийство с особой жестокостью.

Также всё содеянное квалифицируется под особой жестокостью, если истязание плавно переходит в убийство, то есть всё непрерывно, хотя умысел может возникнуть и в процессе истязания.

Самостоятельная квалификация требуется при достаточно существенном разрыве во времени или же когда умысел на лишение жизни возникает тогда, когда уже достаточно поистязал. Поистязал – бросил – потом решил убить по другому поводу, чтобы следы преступления скрыть – убил.

Здесь два преступления, которые требуют самостоятельной оценки.  Отграничение от других преступлений – когда истязание является способом совершения других преступлений, вымогательства или разбойного нападения, например. Если этот способ наказывается менее строго, чем всё преступление в целом, то содеянное не требует квалификации по ст. 117

4) Проблема установления вины. Истязание – умышленное преступление, совершается с прямым умыслом. Теоретически можно подумать о косвенном умысле, но это вряд ли. Умыслом виновного лица должно охватываться помимо того, что он насилие применяет к потерпевшему, необходимо, чтобы охватывались ещё и страдания.

В составе 117 есть интересный квалифицирующий признак – это пытка. Понятие пытки определено в самом законе, поэтому здесь сложностей нет.

Преступления. Которые ставят в опасность здоровье и жизнь человека. Таких преступлений у нас 7.

Чаще всего из них на практике встречается угроза убийством. Это преступление интересно во многих отношениях. В советское время провели исследование, которое установило, что в большинстве случаев самому убийству предшествовала угроза убийством. Если бы она была воспринята, то, возможно, удалось бы не допустить и последующего убийства.

Угроза убийством

Иногда на профессиональном сленге её называют актёрским преступлением.

Угроза убийством или тяжким вредом здоровью, если были обстоятельства опасаться её реализацией.

Особенности угрозы убийством:

1) Угроза – это информационное преступление. Это доведение соответствующей информации о грозящей опасности для потерпевшего. этой информации – опасность для жизни или здоровья, исходящая от лица, которое, как правило, эту информацию доводит, если не через третьих лиц

2) Может носить непосредственный, а может и обращённый в будущее характер. «Попадёшься ты мне потом, гад». УК РФ не конкретизирует, за какую угрозу наступает ответственность, значит за все разновидности угрозы – ка за непосредственную, так и за обращённую в будущее

3) Угроза должна быть реальной — должны быть основания опасаться её осуществления. Этот признак – один из самых проблематичных, поскольку вопрос о том, есть основания опасаться осуществления угрозы или их нет, решается с учётом конкретных факторов.

Если незнакомец в тёмном переулке подходит и подставляет к горлу нож, то понятно, что основания опасаться осуществления угрозы есть. Но бывают ситуации, когда очень непросто – то ли пошутил, а то ли нет. Особенно, когда исходят от знакомого.

Есть же ситуации, когда очевидно человек шутит. Есть же обстоятельства, когда даже шутку надо воспринимать всерьёз. Полицейский в дежурной части – звонок – «А у вас в Дежурной части бомба». Такую угрозу сотрудник при исполнении обязан воспринимать такую угрозу как реальную.

Оценка наличия оснований, чтобы опасаться этой угрозы – это вопрос факта.

4) Наличие или отсутствие намерения реализовать угрозу не влияет на квалификацию – потерпевший должен воспринимать угрозу как реальную. Наличие намерений реализовать угрозу не влияет на квалификацию содеянного.

Если сначала угрожал, а потом реализовал угрозу, то это может быть и совокупность преступлений, и одно убийство. Если были непрерывные взаимосвязанные действия – угрожал и сразу убил. Обычно это квалифицируется по ст.

105.

5) Преступление совершается исключительно с прямым умыслом. Состав формальный. Умыслом виновного будет воспринято, что его действия воспринимаются именно как угрожающие жизни или здоровью. То, что его действия реально не были восприняты как угроза.

Если виновный угрожает макетом оружия, а потерпевший это распознал, то состав угрозы убийством будет, потому что умыслом виновного охватывалось, что его действия будут восприняты таким образом.

То, что они не были восприняты, находится за пределами состава преступления

6) Квалификация угрозы, когда она представляет собой способ совершения другого преступления. Угроза убийством может выступать способом изнасилования, разбоя, вымогательства. В том случае, когда угроза – способ совершения другого преступления. Она охватывается составом другого преступления. Самостоятельной квалификации по ст. 119 тогда не требуется.

Проблемы квалификации

1) Разграничение угрозы убийством и покушения на причинение вреда здоровью. Одну из таких задачек мы уже рассмотрели. Решим ещё.

Пьяный муж пришёл домой. Жена выражает неудовольствие. Муж бросается на жену, кидается на неё, валит на пол, пытается задушить. Тут жена освободилась от его объятий, очень сильно испугалась. Рассказывает в отделе полиции, что он хотел её убить. На шее следы остались.

Его доставили в полицию. На допросе он заявил, что и в мыслях не было убивать. Хотел только попугать. Обвинение было предъявлено по 105 со ссылкой на ч.3 ст. 105. Суд не усмотрел признаков посягательства на жизнь и постановил, что имело место угроза убийством. Тут я ошибся.

Критерии отграничения угрозы убийством от покушения на убийство. Угроза убийством – информационное преступление. Это действия, которые создают реальную опасность для жизни, но стрелял в направлении и не попал, где не было покушения. Угроза убийства может осуществляться путём действия.

Допустим, выстрел направлен в сторону потерпевшего, но чтобы напугать. Если в твою сторону стреляет, а не в тебя. При угрозе убийством это действие само по себе не порождает реальной возможности наступления смерти. А при угрозе убийством эта ДОП Мы должны установить. В нашем случае душил. Понятно, что само по себе душил – ну, схватил за горло.

Это что, покушение на убийство? Вот если начал душить со всей дури и появилась реальная возможность наступления смерти, то это больше похоже на покушение на убийство. Если просто сдавил, то это угроза убийством. Если же появилась реальная возможность, то это покушение. Тут критерий – сила сдавливания.

Когда душат руками, то судить о силе сдавливания можно только по определённым последствиям – перелом подъязычной кости или когда пена изо рта пошла у потерпевшего. В остальных случаях установить силу сдавливания не представляется возможным.

Поскольку иных последствий, кроме синяков, свидетельствующих о силе сдавливания, не было обнаружено, то суд признал, что совершено действие, которое по своим объективным свойствам должно быть квалифицировано как угроза убийством.

Но главный критерий – направленность умысла. При покушении на убийство умысел направлен на лишение жизни. При угрозе убийством умысел состоит в доведении до сведения потерпевшего опасности для его жизни.

2) Оценка применения насилия при угрозе убийством или причинении тяжкого вреда здоровью

Бывает так, что для подкрепления угрозы, виновное лицо берёт и применяет к потерпевшему насилие, угрожает и наносит побои или причиняет лёгкий вред здоровью, но это делается для того, чтобы подкрепить угрозу. Такие насильственные действия требуют дополнительной квалификации по ст.

116 и 117 или не требуют? Очень часто угрозу подкрепляют насилием, не просто вверх выстрелил. Одним из способов совершения этого преступления может быть насилие. Раз это способ, то этот способ, по общему правилу, не требует дополнительной квалификации.

Но в том случае, когда наказание за этот способ предусмотрено УК более суровое, чем санкция ха угроза убийством, тогда квалифицируется.

В ходе угрозы убийства причинил лёгкий вред здоровью Угроза убийством наказывается строже, поэтому дополнительной квалификации по ст. 115 не требуется.

А если для того, чтобы подкрепить угрозу, взял и причинил средней тяжести вред здоровью. Угроза убийством охватывает побои и лёгкий вред, но не охватывает средний вред здоровью. Поэтому в таком случае требуется квалификация по совокупности.

Бывает так, что вред причинён по неосторожности в ходе угрозы. Правило ровно такое же – если в ходе угрозы убийством по неосторожности причинён вред. то он требует квалификации, если выходит за пределы соответствующей санкции.

Вопросы:

1) Как квалифицировать умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, если это повлекло по неосторожности смерть потерпевшего? Виновный наносит умышленно потерпевшему удар в голову. Тот теряет равновесие и неудачно падает, в результате наступает смерть.

В результате отношения к тому вреду, который возник от удара в голову – средней тяжести вред здоровью. Отношение к смерти неосторожное – должен был и мог предвидеть, что может упасть и удариться головой. Как это теперь объединить в квалификации содеянного в целом.

Здесь и средняя тяжесть, и смерть по неосторожности.

2) Как расценивать причинение смерти по неосторожности в состоянии аффекта. Есть аффект, он вызван аморальным поведение потерпевшего. Ответная реакция – причинена смерть, но по неосторожности. То ли это неосторожное причинение смерти, то ли его вообще нет.

Источник: https://findout.su/6x18452.html

Юрист Воеводин
Добавить комментарий