Основания для прекращения уголовного дела в отношении неустановленного лица

Процессуальные технологии незаконных уголовных преследований: осуществление в отношении свидетелей скрытых уголовные преследований

Основания для прекращения уголовного дела в отношении неустановленного лица

Пункт 55 ст. 5 УПК РФ определяет уголовное преследование как процессуальную деятельность, осуществляемую стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.  

Согласно 2 ст. 21 УПК РФ, в каждом случае обнаружения признаков преступления прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель обязаны принять предусмотренные УПК РФ меры по установлению события преступления и изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления.  

В соответствии с п. 2 ст. 45 Конституции РФ, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещёнными законом, на основании чего ч. 2 ст. 16 УПК РФ обязывает правоприменителей не только разъяснять подозреваемому и обвиняемому их права, но и обеспечивать им возможность защищаться всеми не запрещёнными законом способами и средствами. 

Казалось бы, всё понятно и логично, однако сложившаяся правоприменительная практика свидетельствует о том, что органы дознания и предварительного следствия не выполняют вышеуказанные обязанности, а значит нарушают п. 2 ст. 45 Конституции РФ и приведённые нормы УПК РФ.

Они не только не представляют лицу, в отношении которого осуществляется уголовное преследование возможности на самозащиту и защиту его прав и свобод всеми способами и средствами, не запрещёнными законом, но и целенаправленно препятствуют ему в реализации им своих конституционных и процессуальных прав на это.

Фактически, в отношении такого заподозренного лица, не являющегося по делу   подозреваемым или обвиняемым, ведётся скрытое уголовное преследование, под которым следует понимать процессуальную деятельность, осуществляемую в целях изобличения заподозренного лица в совершении преступления, направленную на воспрепятствование ему в реальной реализации своего права на самозащиту и защиту от первично возникших подозрений.             

            Для практического осуществления таких уголовных преследований необходимы определённые условия, которые намеренно создаются дознавателями или следователями путём принятия одного процессуального решения и выполнения одного следственного действия, а именно:   

1) возбуждения уголовного дела в отношении неустановленного лица, которое на момент его возбуждения было фактически установлено; 

2) допроса заподозренного лица в качестве свидетеля, с последующим его «удержанием» в таком процессуальном статусе в течение почти всего хода расследования. 

            Такое процессуальное сочетание решения и действия по очевидному преступлению, совершённому лицом, которое было установлено ещё в ходе доследственной проверки – есть базовое условие практического осуществления скрытых уголовных преследований в отношении различных заподозренных лиц, в том числе и предпринимателей. 

В последние годы уголовные дела по преступлениям против собственности и в сфере экономической деятельности, как правило, возбуждаются в отношении неустановленных 

лиц.

В связи с этим, возникает закономерный вопрос, для чего правоохранители, в выносимых постановлениях о возбуждении уголовных дел по очевидным преступлениям, по которым лица, их совершившие, установлены при проведении доследственных проверок, заведомо ложно указывают признак неочевидности, излагая обстоятельства преступления так, будто бы они были совершены неизвестными, неустановленными лицами. Некоторые юристы, такие действия вообще не считают нарушением УПК РФ, другие объясняют их не влияющим на ход и результаты расследования дела стремлением правоохранителей таким образом «повысить процент раскрываемости» по расследуемым уголовным делам.  

Полагаю, что такие решения принимаются дознавателями и следователями для того, чтобы в дальнейшем заподозренное ими лицо, допросить по делу в качестве свидетеля и впоследствии «удерживать» его в таком процессуальном статусе вплоть до окончания расследования уголовного дела, чтобы затем «комфортно» и незаконно осуществлять его скрытое уголовное преследование.   

Возбуждение в отношении неустановленных лиц уголовных дел о преступлениях, предусмотренных ст. ст. 159-159.

6, 160 и большинства статей главы 22 УК РФ, может обоснованно указывать на незаконность вынесения таких постановлений в связи с тем, что всесторонне, полно и объективно установить наличие умысла на совершение этих преступлений у неизвестных, неустановленных лиц, просто невозможно.

В частности, в действиях неустановленных лиц невозможно установить признаки мошеннического хищения финансовых средств при неисполнении ими государственного или муниципального контракта, заключенного по результатам проведённых торгов потому, что неизвестные, неустановленные следствием лица такие контракты не подписывают и к торгам (закупкам) не допускаются. Организация проведения всех видов государственных и муниципальных закупок законодательством: предыдущим (94-ФЗ) и действующим (44-ФЗ), так подробно регламентирована по хронологии действий и персоналиям их участников, что полностью исключает участие в них любых неустановленных лиц.  

Когда следователь, в постановлении о возбуждении такого уголовного дела по ст. 159 УК РФ, в его устанавливающей части указывает, что при таких обстоятельствах неустановленные лица похитили бюджетные средства, то он в этом откровенно лукавит, грубо искажает реальную действительность, подменяя её мнимой, а кроме того, грубо нарушает ч.

2 ст. 21 УПК РФ.

Если следователь в постановлении о возбуждении уголовного дела указал о том, что он установил факт такого хищения неизвестными, неустановленными лицами в сфере закупок, то тогда получается, что государственные или муниципальные заказчики допустили к процедурам закупок неизвестных, неустановленных участников и состоявшиеся торги необходимо признавать незаконными и их отменять. Как только начинаешь с этим предметно заниматься, то сразу же выясняется, что следователь в текст такого постановления о возбуждении уголовного дела, внёс заведомо недостоверную, не соответствующую действительности информацию о неустановленных лицах.    В каждом случае вот такого вынесения постановления о возбуждении уголовного дела, надзирающий прокурор обязан именно так оценивать такие постановления и незамедлительно отменять их как незаконные и необоснованные, с обязательным привлечением их авторов к строгой ответственности. Как только это реально будет делаться прокурорами, такие постановления мгновенно исчезнут. 

Только стремлением к созданию нужных условий для дальнейшего осуществления незаконных уголовных преследований заподозренных лиц можно объяснить, например, возбуждение уголовных дел в отношении неустановленных лиц по ст. 170.

1 УК РФ, так как не установить лиц, представивших в регистрационный орган заведомо ложные данные для внесения изменений в ЕГРЮЛ физически невозможно, потому что от таких лиц никакие сведения для их государственной регистрации вообще не принимаются.  

Возбудив уголовное дело в отношении неустановленных лиц, дознаватель или следователь допрашивает заподозренное лицо в качестве свидетеля и на этом процесс создания условий для дальнейшего осуществления незаконного скрытого уголовного преследования этого лица завершается.

Правоохранители полагают, что они уже не обязаны обеспечивать заподозренному лицу возможность защищаться от подозрений в совершении преступления всеми способами и средствами, не запрещёнными законом, потому что оно по делу является свидетелем, а не подозреваемым и обвиняемым.

Таким процессуальным манёвром они, при отсутствии надлежащего прокурорского надзора, «освобождают» себя от исполнения обязанностей, установленных вышеуказанными нормами Конституции РФ и УПК РФ.

Посредством применённой процессуальной технологии, заподозренное лицо, фактически являющееся подозреваемым, искусственно, формально и только временно становится по делу свидетелем. 

Поскольку такое лицо «числится» по делу свидетелем, то оно предупреждается об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний и отказ от дачи показаний.

Оно не имеет право заявлять по делу многие ходатайства, в том числе о допросах лиц, давших против него показания, подавать многие жалобы, в т. ч. в суд и другие.

В таких случаях, этот «свидетель» почти полностью лишается всех имеющихся у него прав на самозащиту и защиту, при том, что в отношении него, скрыто осуществляется полноценное уголовное преследование.

В дальнейшем, для такого свидетеля всё это заканчивается предъявлением обвинения на самых поздних стадиях расследования уголовного дела с тем, чтобы вступивший в дело адвокат не имел достаточного времени на осуществление эффективной защиты этого лица. Именно так, в отношении свидетелей осуществляются скрытые уголовные преследования. 

Таким образом, незаконная правоприменительная практика осуществления в отношении свидетелей скрытых уголовных преследований, главным образом, направлена на достижение правоохранителями следующие тактических целей и задач расследования уголовных дел: 

·         лишить их конституционного и процессуального права не свидетельствовать против себя и своих близких родственников;     

·         добиться от них любой ценой признательных или «нужных» показаний, в том числе посредством вынужденного самоизобличения и самооговора; 

·         лишить их возможности и желания осуществлять свою эффективную самозащиту и защиту с помощью приглашённого адвоката. 

При такой правоприменительной практике, наиболее бесправными оказываются предприниматели и руководители субъектов хозяйственной деятельности, которых правоохранители реально вынуждают к самоизобличению. Следователи и дознаватели, на основании п. 4 ст.

13 Федерального закона «О полиции» или п.

8 Положения «О Следственном комитете РФ» направляют вышеуказанным лицам запросы о представлении различных предметов, документов или материалов, необходимых им для доказывания их же виновности в совершении преступления, которые они обязаны исполнить и реально исполняют даже тогда, когда являются по делу подозреваемыми или обвиняемыми. Такие действия правоохранителей указывают на то, что они незаконно, в нарушение ст. 14 УПК РФ «перекладывают» бремя доказывания на лиц, привлекаемых ими к уголовной ответственности, что является недопустимым.  

Более того, эта практика, соединённая с другой незаконной правоприменительной практикой безучётного изъятия бухгалтерских и иных документов, реально препятствует юридическим лицам в исполнении ими федерального законодательства. 

Так, в соответствии с ч. 3 ст. 11 Федерального закона «О бухгалтерском учёте», обязательное проведение инвентаризации устанавливается законодательством РФ и отраслевыми стандартами. Таким законодательством являются: 

Источник: //zakon.ru/blog/2021/2/21/processualnye_tehnologii_nezakonnyh_ugolovnyh_presledovanij

К проблеме возбуждения и расследования уголовных дел в отношении неустановленных лиц

Основания для прекращения уголовного дела в отношении неустановленного лица
Вопрос о возбуждении уголовного дела в отношении неустановленных лиц относится к тем практическим приемам ведения следствия, которые не придаются огласке в научной литературе.

С точки зрения науки уголовного процесса, в рамках академических курсов университета, вообще не исследуется, так как доктринально презюмируется, что возбуждение уголовного дела не предполагает его персонификацию, последняя же является самостоятельной стадией уголовного процесса (привлечение в качестве подозреваемого конкретного лица).

Однако вопрос наиважнейший, как для теории уголовного процесса, так и для практики применения уголовно – процессуального закона. Во – первых, с точки зрения теории, в России не разделена деятельность органов дознания и субъектов предварительного следствия. Так, например, УПК РФ не дает определения уголовного дела вообще.

Существует определение уголовного преследования (ст. 5 п. 55 УПК РФ)- процессуальная деятельность, осуществляема стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления. При этом, Главой 6 УПК РФ ст.

40 УПК РФ орган дознания отнесен к «участникам уголовного судопроизводства со стороны обвинения» (глава 6 УПК РФ).

При этом под уголовным судопроизводством понимается (ст. 5 п. 56 УПК РФ)- досудебное и судебное производство по уголовному делу.

Таким образом, как это ни парадоксально, понятие уголовного судопроизводства в России шире понятия уголовного преследования, поскольку определение второго четко ориентировано на конкретное лицо – подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления, в то время как уголовное судопроизводство не связано с уголовным делом возбужденным или расследуемым в отношении конкретного лица. При этом законодатель абсолютно небрежен в определении понятий подозрение и подозреваемый.

С учетом требований ст. 146 ч. 2 УПК РФ ссылка ст. 46 ч. 1 п. 1 УПК РФ остается неясной.

В практике встречаются постановления о возбуждении уголовного дела такого рода: сначала идет описание события преступления, включая указание на лицо совершившее преступление, его ФИО и место жительство, в резолютивной части постановления — решение о возбуждении уголовного дела в отношении неустановленного лица. При этом требования ст. 146 ч. 2 УПК РФ не нарушаются. Можно ли при такой ситуации говорить о том, что дело возбуждено в отношении конкретного лица, и оно является подозреваемым по делу?

Подозрение как юридический факт, влекущий за собой изменение прав и обязанностей участников правоотношения не описано и не определено в УПК РФ.

Здесь все отдано на откуп практике, при том, что это фундаментальный вопрос уголовного процесса. Статус подозреваемого, момент его приобретения так же не определен. Даже положения ст.

91, 92 УПК РФ освещают права органов дознания и предварительного следствия в отношении лица, которое уже является подозреваемым.

Таким образом, УПК РФ в этой части полностью унаследовал карательный характер, когда оперативно- розыскная деятельность синкретична с предварительным расследованием, вплоть до предъявления обвинения, функции идентичны, а полномочия равны. Возбуждение уголовное дела, и само уголовное дело является лишь формальностью, которая позволяет легализовывать материалы ОРД, не изменяя при этом режим секретности (меняя режим ОРМ на следственную тайну). Формой такого единения является возбуждение уголовного дела в отношении неустановленного лица. При этом УПК РФ позволяет проводить все необходимые следственные действия в полном объеме по делам, возбужденным в отношении неустановленных лиц. Так, ст. 208 УПК РФ не называет в качестве основания для обязательного приостановления дела невозможность установить лицо, причастное к совершению преступления. Указано, что дело приостанавливается в случае, если лицо, подлежащее привлечению в качестве обвиняемого, не установлено (ст. 208 ч. 1 п. 1 УПК РФ). Во всех остальных случаях речь идет опять же о подозреваемом, который скрылся, либо болен.

При этом ст. 171ч. 1 УПК РФ говорит о том, что «при наличии достаточных доказательств, дающих основания для обвинения лица в совершении преступления, следователь выносит постановление о привлечении данного лица в качестве обвиняемого». В практике встречаются такие случаи «законного» ведения уголовного дела.

Дело расследуется в отношении неустановленных лиц на протяжении полугода, при этом собираются все доказательства в отношении виновности конкретного лица, более того изначально в рапорте или заявлении об обнаружении признаков преступления на данное лицо указывается как на лицо, совершившее преступление, в дальнейшем следователь выносит постановление о привлечении данного лица в качестве обвиняемого и объявлении его одновременно в розыск.

После чего лицо задерживается органом дознания, а в дальнейшем и следователем в порядке ст. 91, 92 УПК РФ. Это идеальная схема для так называемых «заказных дел». Стоит ли говорить о том, что вмешательство защитника, общественности в данный период времени и попытка реализовать гарантии УПК РФ не меняет и не может изменить ничего? Насколько это законно? Абсолютно законно с точки зрения положений УПК РФ. В России досудебное производство по делу поручено всем видам правоохранительных органов. Закон прямо говорит об этом (ст. 5 п. 9 УПК РФ). Момент получения сообщения о преступлении так же размыт, но все же законодательно описан как повод для возбуждения уголовного дела (ст. 140 УПК РФ). И здесь законодатель не утруждал себя юридической техникой. Один лишь сопоставительный анализ ст. 140 ч. 2 УПК РФ и требования ст.143 УПК РФ сразу открывает глаза на силу органов дознания. Фактически судьба дела решается рапортом сотрудника органа дознания, а так же и следователя, прокурора и т.д., определяющим признаки преступления которое он обнаружил. В практике данные признаки вовсе никогда не указываются, но сам рапорт является уже достаточным основанием для возбуждения уголовного дела в отсутствии проверочных ОРМ.

Следуя духу закона и Конституции РФ ситуация должна была бы быть следующего характера, когда лицо совершившее преступление действительно невозможно установить (например, найден труп с признаками насильственной смерти) сотрудниками органа дознания, обнаружившими данный труп (выехавшими на место происшествия) составляются рапорты, которые ложатся в основу постановления о возбуждении уголовного дела. Далее в рамках возбужденного уголовного дела, на основании отдельного поручения следователя, после выполнения следственных действий, направленных на фиксацию следов преступления (опрос и допрос очевидцев, свидетелей, назначения экспертиз и прочее), проводятся ОРМ на предмет установления лица причастного к совершению преступления, а дело приостанавливается. Но это все здравый смысл, в УПК РФ какой — либо нормы, либо свода норм, предписывающих следователю действовать именно таким образом, нет.

Как нет и указания о том, когда именно задерживать, считать подозреваемым, или привлекать в качестве обвиняемого лицо, в отношении которого собраны доказательства о причастности к преступлению. В итоге наш следователь может с момента возбуждения уголовного дела и принятия его к производству точно знать, кто совершил преступление, иметь доказательства совершения преступления данным лицом (начиная от свидетельских показаний, и заканчивая материалами ОРД, вплоть до негласного сбора образцов для сравнительного исследования, данных ОТМ и прочее) и ничего не делать для его привлечения в качестве обвиняемого. В отношении него будет подозрение. При этом излюбленной тактикой следствия является допрос лиц, в отношении которых собрана практически вся доказательственная база, в качестве свидетелей, проведение с ними очных ставок, без предоставления гарантий ст. 51 УПК РФ, разумеется.

В итоге положения о равенстве стороны защиты и обвинения, продекларированные ст. 15, 244 УПК РФ приобретают зловещий смысл в буквальном понимании текста- «равны перед судом, в судебном заседании». Принципы, закрепленные ст. 14 и 16 УПК РФ вообще не имеют реализации по такого рода делам.

Действительно, если дело ведется в отношении неустановленного лица, которое формально не привлечено к уголовной ответственности, более того в отношении, которого не ведется уголовного преследования, а имеет место быть всего лишь уголовное судопроизводство, то кого же считать невиновным до вступления в силу приговора суда, кому обеспечивать право на защиту?

Если прибавить к этому тот факт, что неустановленные лица, становятся установленными обычно за одну, две недели до окончания сроков предварительного расследования, требования ст.159 ч. 2, 86 ч. 3 УПК РФ являются изначально мертворожденным правом, защита лишена права ходатайствовать перед прокурором о продлении сроков предварительного расследования, то можно сделать вывод, что наш демократический УПК РФ предоставляет правоохранительным органам механизм ведения уголовного дела, позволяющий доказать в суде виновность любого лица в инкриминируемом деянии. Мы не случайно использовали термин «правоохранительные органы».В УПК РФ нет четкого разделения органов дознания и органов предварительного следствия, не говоря уже о том, что в РФ нет отдельного органа, занимающегося предварительным расследованием. Сама по себе система подследственности уникальна и не для юриста представляет собой лабиринт, которому позавидовали бы самые изощренные хранители сокровищ. В неописуемый восторг приводит, например, положение ст. 151 ч.5 УПК РФ, особенно когда ОРЧ разных ведомств ведут независимо друг от друга разработку фигурантов, а затем прокурорскими работниками создаются оперативно- следственные группы, включающие в себя следователей каждого ведомства. Это позволяет по одному делу сразу же записывать раскрытие двум, трем оперативным подразделениям разных ведомств, получать премии, а как это влияет на статистику раскрываемости преступлений по стране!

В одной рабочей командировке автор этих строк столкнулся аж с 7 рапортами оперативных сотрудников 7 оперативных служб 2-х ведомств, из каждого при этом следовало, что именно данный оперативник, совершенно независимо от другого, в различный период времени выявил совершенное преступление. Райотдел МВД умудрился себе поставить раскрытие уже когда дело было передано в суд! Отсутствие четкого разделения функций закреплено при этом законодательно (ст. 40 ч. 2 п. 2, 157 УПК РФ).

Таким образом, предварительное следствие, по сути, в РФ может вести любой сотрудник правоохранительных органов и это будет абсолютно законным.На наш взгляд именно этот факт синкретичности органов дознания и органов предварительного следствия является основой для осуществления предварительного следствия в отношении неустановленных лиц. Симбиоз ОРД и следствия, как это ни странно достигает своего апогея в среде прокурорских работников, которые не обращая ни на что внимания, в рамках 144 ч. 1 УПК РФ отбирают объяснения, реализуя по сути первый вид ОРМ – опрос, или, например, положения ст. 202 УПК РФ, дублирующие аналогичный вид ОРД. При этом положения ст. 51 УПК РФ в расчет не принимаются, так как речь не идет о даче показаний. Хотя и по духу конституции, и по здравому смыслу термин «свидетельствовать» должен распространяться и на образцы для сравнительного исследования. Все это еще раз доказывает, что в ни в практике, ни в теории уголовного процесса в России не сложилось четкого разделения между органами дознания и предварительного следствия. Структура организации правоохранительных органов, которым придано следствие лишний раз подтверждает это.Практика возбуждения уголовных дел, в отношении неустановленных лиц, при том, что в самом поводе для возбуждения уголовного дела (заявлении, рапорте), собранном материале доследственной проверки, прямо указывается на лицо совершившее преступление, — является наследием и закономерным результатом отсутствия четкой грани между оперативно – розыскной деятельностью, которая по своей природе носит негласный характер и предварительным следствием, которое наоборот является публичной функцией государства, основанной на состязательности и открытости для лица, привлекаемого к уголовной ответственности. Мягкий переход тайны ОРД в следственную тайну, реализованный в нашем УПК РФ, в отношении дел, возбужденных в отношении неустановленных лиц, отсутствие возможности у суда по возвращении дела для полноценного дополнительного расследования, позволяют говорить о том, такой порядок уголовного судопроизводства не соответствует и не может соответствовать требованиям ст. 1 ч. 3 УПК РФ. Справедливое правосудие с учетом такого механизма уголовного преследования не может быть достигнуто, равно, как и реализованы нормы о праве на защиту. Представляется необходимым предложить разумные изменения в законе, связанные с устранением разницы между уголовным преследованием и уголовным судопроизводством, направленные на лишение возможности следствия, органов дознания возбуждать уголовные дела в отношении неустановленных лиц, расследовать их в полном объеме в отношении конкретных лиц. При нынешней системе организации правоохранительных органов в РФ, симбиозе следствия и органов дознания, представляется возможным до появления конкретного подозреваемого, обвиняемого проводить весь комплекс необходимых мероприятий в рамках ОРД, без возбуждения уголовного дела.

В противном случае каждый подвергается опасности в один прекрасный день узнать о своей следственно — доказанной причастности к преступлению, которого не совершал. А с учетом таких статей УК РФ как, например, ст. 330 УК РФ обвинение может быть полностью обоснованным и законным.

Источник: //pravorub.ru/articles/1541.html

Прекращение уголовного дела в отношении неустановленного лица

Основания для прекращения уголовного дела в отношении неустановленного лица

Прекращение уголовного дела на стадии предварительного расследования – это такое его окончание, которое осуществляется в связи с наличием обстоятельств, исключающих дальнейшее производство по уголовному делу или наличием оснований для освобождения лица от уголовной ответственности.

В отличие от прекращения уголовного дела, когда прекращается все производство по делу, прекращение уголовного преследования – это прекращение производства в отношении конкретного лица – подозреваемого или обвиняемого.

Согласно ч. 1 ст. 212 УПК РФ уголовное дело и уголовное преследование прекращаются при наличии оснований, общий перечень которых предусмотрен ст. 24-28 УПК РФ. К ним относятся:

  • отсутствие события преступления;
  • отсутствие в деянии состава преступления;
  • истечение сроков давности уголовного преследования;
  • смерть подозреваемого или обвиняемого;
  • отсутствие заявления потерпевшего;
  • непричастность подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления;
  • наличие акта об амнистии;
  • наличие в отношении подозреваемого или обвиняемого вступившего в законную силу приговора по тому же обвинению;
  • наличие определения суда или постановления судьи о прекращении уголовного дела по тому же обвинению;
  • наличие в отношении подозреваемого или обвиняемого неотмененного постановления органа дознания, следователя или прокурора о прекращении уголовного дела по тому же обвинению либо
  • наличие в отношении подозреваемого или обвиняемого неотмененного постановления органа дознания, следователя или прокурора об отказе в возбуждении уголовного дела;
  • примирение сторон;
  • деятельное раскаяние;
  • отсутствие заключения суда или отсутствие согласия Совета Федерации, Государственной Думы, Конституционного суда РФ или квалификационной коллегии судей на возбуждение уголовного дела, привлечение лица к уголовной ответственности лиц либо лишение неприкосновенности в отношении которых установлен особый порядок производства по уголовному делу.

Далее мы рассмотрим эти основания более подробно, а пока вернемся к различиям между прекращением уголовного дела и прекращением уголовного преследования.

Прежде всего, следует иметь в виду, что прекращение уголовного дела в любом случае влечет за собой прекращение уголовного преследования. Однако прекращение уголовного преследования не всегда влечет за собой прекращение уголовного дела.

Так, например, не влечет прекращения уголовного дела прекращение уголовного преследования в отношении подозреваемого или обвиняемого ввиду непричастности их к данному преступлению. Это означает, что преступление имело место, его событие установлено, но лицо, его совершившее, осталось неустановленным.

Если по уголовному делу в качестве обвиняемых привлечено несколько человек, а основание прекращения уголовного преследования установлено только в отношении некоторых из них, прекращение уголовного преследования в отношении них не означает полного прекращения уголовного дела, производство по которому продолжается в отношении других обвиняемых.

Рассмотрим некоторые основания прекращения уголовного дела и уголовного преследования более подробно.

Прекращение уголовного дела за отсутствием события преступления

В данном случае неустановление события преступления означает недоказанность самого преступного деяния, по которому было возбуждено уголовное дело.

Если данный факт устанавливается в суде, это влечет постановление оправдательного приговора. Поэтому данное основание прекращения уголовного дела является реабилитирующим, т.е.

влечет восстановление обвиняемого в правах и компенсацию причиненного ему материального и морального вреда.

Следует отметить, что на самом деле случаи прекращения уголовного дела по данному основанию достаточно редки.

Прекращение уголовного дела за отсутствием состава преступления

По данному основанию уголовное дело прекращается в тех случаях, когда само деяние, по поводу которого возбуждено уголовное дело, имеет место, но оно не является преступным, т.е.

отсутствует какой-либо признак преступления (относящийся к объекту, объективной стороне, субъекту или субъективной стороне). Это может произойти, когда расследуемое деяние не является преступлением, т.е.

не предусмотрено Уголовным кодексом РФ, т.е. совершены без вины в случае:

  • добровольного отказа от преступления;
  • необходимой обороны;
  • причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление;
  • крайней необходимости;
  • физического или психического принуждения;
  • обоснованного риска;
  • исполнения приказа или распоряжения.

Кроме того, согласно ч. 3 ст. 27 УПК РФ уголовное преследование по данному основанию прекращается в отношении лица, не достигшего к моменту совершения преступления возраста с которого наступает уголовная ответственность (ст.

20 УК РФ), а также несовершеннолетнего, хотя и достигшего возраста, с которого начинается уголовная ответственность, но вследствие отставания в психическом развитии (не связанным с психическим расстройством), не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими в момент совершения деяния, имеющего признаки преступления. Кроме того, по рассматриваемому основанию уголовное преследование прекращается в отношении лица, совершившего деяние, предусмотренное уголовным кодексом РФ, признанного невменяемым (ст. 21 УК РФ).

Прекращение уголовного дела и уголовного преследования в связи с истечением давности уголовного преследования

По данному основанию прекращение уголовного дела подлежит, если истекли следующие сроки (ст. 78 УК РФ):

  • два года после совершения преступления небольшой тяжести;
  • шесть лет после совершения преступления средней тяжести;
  • десять лет после совершения тяжкого преступления;
  • пятнадцать лет после совершения особо тяжкого преступления.

Вместе с тем, согласно ч. 2 ст. 27 УПК РФ прекращение уголовного преследования по данному основанию не допускается, если обвиняемый против этого возражает.

Прекращение уголовного дела и уголовного преследования в связи со смертью подозреваемого или обвиняемого

Следует иметь в виду, что по данному основанию уголовное дело и уголовное преследование прекращаются только в тех случаях, когда факт смерти человека подтвержден в установленном законом порядке (свидетельством о смерти).

Вместе с тем, если родственники умершего либо иные лица, считая его невиновным, ходатайствуют о продолжении производства по уголовному делу с надеждой вынесения оправдательного приговора с целью дальнейшей его реабилитации. Дело должно быть расследовано, передано в суд и по нему должен быть вынесен приговор.

Прекращение уголовного дела при отсутствии заявления потерпевшего о преступлении

Это основание применяется в тех случаях, когда обнаруживается, что уголовное дело возбуждено при отсутствии письменного заявление потерпевшего, в котором он просит привлечь лицо, совершившее по отношению к нему преступление, к уголовной ответственности.

Речь идет о делах частно публичного обвинения, по которым уголовные дела возбуждаются не иначе, как при наличии указанного заявления (например, по преступлениям, предусмотренным ч. 1 ст. 131 УК РФ «Изнасилование», ч. 1 ст.

146 УК РФ «Нарушение авторских и смежных прав»).

Прекращение уголовного дела и уголовного преследования в связи с примирением сторон

Данное основание прекращения уголовного дела и уголовного преследования достаточно рассмотрены в следующих публикациях, размещенных на страницах данного сайта:

Прекращение уголовного преследования в связи с деятельным раскаянием

Согласно ст. 28 УПК РФ уголовное преследование может быть прекращено в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений небольшой или средней тяжести в случаях, предусмотренных ст. 75 УК РФ:

  • лицо впервые совершило преступление;
  • добровольно явилось с повинной;
  • способствовало раскрытию преступления;
  • возместило ущерб или иным образом загладило вред причиненный преступлением.

До прекращения уголовного преследования лицу должны быть разъяснены основания его прекращения и право возражать против прекращения уголовного преследования.

Поскольку иные основания прекращения уголовного дела и уголовного преследования на практике встречаются гораздо реже, рассматривать их не будем.

Однако обратим внимание, что в соответствии со ст. 28.1 УПК РФ по делам о преступлениях в сфере экономической деятельности уголовное дело и уголовное преследование прекращается лишь в случаях, если подозреваемый или обвиняемый до назначения судебного заседания возместили вред, причиненный в результате преступления, в полном объеме (в том числе, уплатили недоимки, пени, штрафы).

Порядок прекращения уголовного дела и уголовного преследования

Уголовное дело уголовное преследование прекращается по постановлению следователя, копия которого направляется прокурору.

Если прекращение уголовного дела допускается только при согласии обвиняемого или потерпевшего, наличие такого согласия отражается в постановлении.

Копия постановления о прекращении уголовного дела и уголовного преследования должна быть вручена или направлена следователем лицу, в отношении которого прекращено уголовное преследование, потерпевшему, гражданскому истцу и гражданскому ответчику, а также иным заинтересованным органам (например, в налоговый орган).

Когда основания прекращения уголовного преследования относятся не ко всем подозреваемым или обвиняемым, следователь выносит постановление о прекращении уголовного преследования в отношении конкретного лица. При этом, как отмечалось выше, производство по уголовному делу продолжается.

Постановление о прекращении уголовного дела или уголовного преследования может быть обжаловано прокурору либо руководителю следственного органа, а также в суд.

Уголовное производство длится до одного из результатов, описанных в законодательстве. Чаще всего оно оканчивается судебным вердиктом. Но есть ситуации, когда производится прекращение рассматриваемого уголовного дела (в особом порядке). Причины для вынесения такового постановления описаны в статье 27 Уголовно-процессуального кодекса РФ. Они многочисленны.

Источник: //lawsexp.com/juridicheskie-sovety/prekrashhenie-ugolovnogo-dela-v-otnoshenii.html

Возбуждение уголовного дела в отношении конкретного лица как основание для подозрения

Основания для прекращения уголовного дела в отношении неустановленного лица

Абазалиев И. М. Возбуждение уголовного дела в отношении конкретного лица как основание для подозрения [Текст] // Актуальные проблемы права: материалы VII Междунар. науч. конф. (г. Санкт-Петербург, июль 2021 г.). — СПб.: Свое издательство, 2021. — С. 42-44. — URL //moluch.ru/conf/law/archive/299/14417/ (дата обращения: 08.11.2021).



С принятием УПК РФ 2001 года возбуждение уголовного дела окончательно оформилось как полноценная процедура уголовного процесса. Как отмечает К. В. Муравьев, «в современном законодательстве возбуждению дела в отношении лица впервые придается самостоятельное значение» [1, с. 6].

Полагаем, что подобная особенность исходит из того, что сама по себе процедура возбуждения уголовного дела одновременно реализует назначение всего уголовного процесса. По крайне мере на данной стадии завязаны последующие уголовно-процессуальные решения досудебного производства.

В последние годы очередной раз активизировались обсуждения будущего стадии возбуждения уголовного дела в российском уголовном процессе. Разумеется, имеются как противники этой стадии, так и сторонники. Приводятся значительное количество аргументов, указывающих на дефектность этой стадии, на ее бессмысленность, на необходимость ее ликвидации [2; 3; 4; 5].

В то же время есть доводы и в пользу стадии, отмечающие положительные стороны стадии, в том числе признание ее неким фильтром досудебного производства [6].

Решение вопроса о целесообразности стадии возбуждения уголовного дела в уголовном судопроизводстве составляет предмет отдельного исследования, поэтому некоторые спорные моменты умышленно упустим и рассмотрим данную стадию сквозь призму процессуального статуса подозреваемого.

Кроме этого, факт возбуждения уголовного дела в отношении конкретного лица может выступить как самостоятельное основание для признания данного лица подозреваемым. На это нам указывает п. 1 ч. 1. ст. 46 УПК РФ.

Тем самым, наделение лица статусом подозреваемого при возбуждении в отношении него уголовного дела позволяет своевременно обеспечить права личности в уголовном процессе [7, с. 117].

Однако данное основание содержит не только возможность появления в досудебном производстве подозреваемого, но и ряд нерешенных вопросов в самой деятельности по реализации его прав, свобод, законных интересов, а также в установлении обязанностей и ответственности за их неисполнение.

Об этом свидетельствуют неутихающие обсуждения в уголовно-процессуальной науке [8, с. 40]. Существуют также позиции, вообще отвергающие возбуждение уголовного дела как основание для подозрения лица.

Так, ряд видных процессуалистов высказывали еще в прошлом веке, что при возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица в условиях недостаточной информированности может привести к тому, что это лицо вообще ни при чем, а расследование надо вести в отношении совсем другого, хотя это лицо оказалось зафиксированным как подозреваемый в официальном процессуальном акте» [9; 10].

На эти проблемы указывали и в более поздних работах процессуалистов. Например, отмечается, что ст. 46 УПК РФ «…не определяет основания и процессуальный порядок возбуждения уголовного дела в отношении конкретного лица» [11, с. 64].

Кроме этого остается нерешенной проблема о необходимости установления дополнительных оснований для возбуждения уголовного дела в отношении определенного лица.

В этой связи некоторые авторы справедливо задаются вопросом: «…если для возбуждения уголовного дела по факту совершения преступления достаточно такого общего основания, указанного в законе, как «наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления», то достаточно ли этих же данных для возбуждения уголовного дела в отношении конкретного лица?» [11, с. 60]. Полагаем, что нет. Учитывая, что при этом лицо становится подозреваемым необходимо предусмотреть ряд дополнительных оснований для возбуждения уголовного в отношении конкретного лица.

Еще М. С. Строгович писал: «чтобы поставить человека в положение подозреваемого по уголовному делу, нужны объективные данные, улики, указывающие на определенное лицо как совершителя преступления.

Для этого мало, чтобы у следователя или производящего дознания просто возникло подозрение о том, что лицо совершило преступление, так как само по себе подозрение имеет субъективный характер. Необходимы объективные данные, уличающие доказательства, хотя и недостаточные для предъявления обвинения» [12, с. 236].

Действительно, чтобы возбудить уголовное дело в отношении конкретного лица необходимо собрать достаточное количество данных, указывающих на причастность лица к совершению преступления, поскольку возбуждение уголовного дела есть некий акт уголовного преследования [13, с. 22].

А уголовное преследование есть деятельность не только по изобличению лица, причастного и виновного в совершении преступления, но и по ущемлению прав и свобод предполагаемого преступника.

Исходя из этого крайне рискованно начинать преследование, выражающееся в подозрении и дальнейшем обвинении лица, должным образом, не убедившись в его причастности. На это же в 2002 году указал Конституционный Суд РФ, который при анализе оспариваемых ст.

116, 218, 219 и 220 УПК РСФСР отметил, что при возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица, данное лицо приобретает статус подозреваемого, в связи с чем может быть причинен ущерб его конституционным правам и свободам.

По мнению Конституционного Суда РФ, сложившаяся правоприменительная практика свидетельствует о том, что данные нормы ограничивают для таких лиц возможность защищать в суде свои права и законные интересы, а значит, затрудняют доступ к правосудию.

При этом уже судебный контроль на последующих стадиях не может выступать достаточным и эффективным средством восстановления нарушенных при возбуждении уголовного дела их основных прав и свобод. И далее отмечается, что данные нормы уголовно-процессуального закона должны толковаться как не препятствующие лицу, подозреваемому в совершении преступления, обжаловать в суд постановление о возбуждении уголовного дела [14]. В 2004 году Конституционный Суд РФ уточнил данный момент и указал, что по уголовному делу, возбужденному по факту обнаружения признаков преступления (или в отношении неустановленных лиц) в качестве обвиняемых могут быть привлечены любые лица без вынесения в их отношении постановлений о возбуждении уголовного дела [15].

Причастность устанавливается путем производства проверочных действий в виде следственных действий, возможных до возбуждения уголовного дела, иных процессуальных действий, а также оперативно-розыскных мероприятий. Результаты данных проверочных действий и будут выступать соответствующими дополнительными основаниями.

Литература:

  1. Муравьев К. В. Возбуждение уголовного дела в отношении лица: автореф. дис…. канд. юрид. наук. Омск, 2005.
  2. Францифоров Ю. В. Противоречия между возбуждением и прекращением уголовного дела, отказом в возбуждении уголовного дела // Следователь. 2004. № 12. С. 20–25.
  3. Володина Л. М. Проблемы регламентации возбуждения уголовного дела // Библиотека криминалиста. Научный журнал. 2013. № 4. С. 5–11.
  4. Волеводз А. Г. Упразднение стадии возбуждения уголовного дела: цена вопроса // Уголовный процесс. 2014. № 1. С. 80–83.
  5. Давлетов А. А., Кравчук Л. А. Стадия возбуждения уголовного дела — обязательный этап современного отечественного уголовного процесса // Российский юридический журнал. 2010. № 6. С. 114–120.
  6. Шадрин В. С. Обеспечение прав личности при расследовании преступлений. М., 2000.
  7. Чупилкин Ю. Б. Гарантии прав подозреваемого в российском уголовном процессе: дис…. канд. юрид. наук. Ростов-на-Дону, 2001.
  8. Строгович М. С. О подозреваемом // Социалистическая законность. М., 1961.
  9. Алексеев Н. С., Даев В. Г., Кокорев Л. Д. Очерк развития науки советского уголовного процесса. Воронеж, 1980.
  10. Быков В. М. Проблемы стадии возбуждения уголовного дела // Журнал российского права. 2006. № 7.
  11. Строгович М. С. Курс советского уголовного процесса. Т. 1: Основные положения науки советского уголовного процесса. М., 1968.
  12. Петрухин И. Л. Теоретические основы реформы уголовного процесса в России. Ч. 2. М., 2005.
  13. Определение Конституционного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 300-О «По делу о проверке конституционности отдельных положений статей 116, 211, 218, 219 и 220 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с запросом Президиума Верховного Суда Российской Федерации и жалобами ряда граждан» // Доступ из СПС «КонсультантПлюс».
  14. Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 22 января 2004 № 79-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Ковалева Алексея Анатольевича на нарушение его конституционных прав положениями статей 24, 29, 33, 153, 226, 239, 254 И 384 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» // Доступ из СПС «КонсультантПлюс».

Основные термины(генерируются автоматически): возбуждение уголовного дела, лицо, отношение, совершение преступления, РФ, Конституционный Суд РФ, уголовный процесс, досудебное производство, уголовное дело, уголовное преследование.

уголовноепреследование, возбуждениеуголовногодела, уголовноесудопроизводство, следственный орган, РФ, прокурор, предварительное следствие, стадий возбужденияуголовногодела

Если при рассмотрения уголовногодела выявлены нарушения закона, допущенные при производстве дознания, предварительного следствия или при рассмотрении уголовногодела нижестоящим судом, суд вправе вынести частное определение или постановление…

уголовноепреследование, возбуждениеуголовногодела, уголовноесудопроизводство, следственный орган, РФ, прокурор, предварительное следствие, стадий возбужденияуголовногодела, предварительное

По остальным уголовнымделамуголовноепреследование осуществляется в публичном порядке.

//www.youtube.com/watch?v=74IuDq0EWeE

Понятие и виды обвинения в уголовномпроцессе. Ключевые слова: следователь, возбуждениеуголовногодела, дела частного обвинения,дела частно-публичного обвинения…

уголовноепреследование, возбуждениеуголовногодела, уголовноесудопроизводство, следственный орган, РФ, прокурор, предварительное следствие, стадий возбужденияуголовногодела

уголовноепреследование, РФ, прекращение уголовногодела, уголовная ответственность, уголовноедело, суд, прекращение, судуголовногодела, процессуальная деятельность, отношениелица. Виды приговоров суда | Статья в журнале «Молодой ученый».

возбуждениеуголовногодела, РФ, уголовноепреследование, следственный орган, уголовныйпроцесс, предварительное следствие, полномочие прокурора, орган дознания, постановление прокурора, прокурор.

возбуждениеуголовногодела, РФ, уголовноесудопроизводство, повод, РСФСР, уголовноепреследование, предварительное расследование, преступление, досудебноепроизводство, РоссийскаяФедерация.

РФ, возбуждениеуголовногодела, проверка сообщения, преступление, досудебноепроизводство, уголовноесудопроизводство, уголовноедело, уголовноепреследование, Украина, стадий возбужденияуголовногодела.

Источник: //moluch.ru/conf/law/archive/299/14417/

Юрист Воеводин
Добавить комментарий