Допрос специалиста в качестве свидетеля в уголовном процессе

Курс уголовного процесса

Допрос специалиста в качестве свидетеля в уголовном процессе

Как уже отмечалось выше, показания эксперта и показания специалиста имеют акцессорную природу по отношению к данным ими заключениям.

Это означает, что речь идет о двух особенных видах доказательств, которые не могут существовать в автономном режиме: они всегда следуют за соответствующими заключениями, являясь их дополнением.

При этом взаимосвязь заключений и показаний эксперта (специалиста) характеризуется тем, что заключения без показаний возможны, если не возникло необходимости в допросе эксперта (специалиста) для дополнения или уточнения его показаний, а показания без заключений — нет.

Применительно к показаниям эксперта их акцессорная природа четко отражена в законе. Так, в соответствии с ч. 2 ст. 80 УПК РФ показания эксперта представляют собой «сведения, сообщенные им на допросе, проведенном после получения его заключения (выделено нами), в целях разъяснения или уточнения данного заключения».

В вопросе о показаниях специалиста законодатель проявляет меньше уверенности: буквальное прочтение ч. 4 ст. 80 УПК РФ оставляет впечатление, что данный вид доказательства может существовать независимо от заключения специалиста. Более того, неудачная отсылка к ст. 168, 271 и др.

УПК РФ позволяет сделать вывод, что показания специалиста могут стать результатом допроса не только специалиста, ранее давшего заключение, но и специалиста в традиционном понимании, принимавшего участие в следственных (судебно-следственных) действиях. Однако такой вывод был бы ошибочным.

Во-первых, показания специалиста как вид доказательства появились в законе только после закрепления в нем института заключения специалиста (Федеральный закон от 4 июля 2003 г. № 92-ФЗ). До того потребности в таком виде доказательств не существовало, хотя институт специалиста в традиционном понимании (ст.

58 УПК РФ) применяется в российском уголовном процессе достаточно давно, еще со времен действия УПК РСФСР 1960 г. Во-вторых, Верховный Суд РФ справедливо указал, что «специалист, участвовавший в производстве какого-либо следственного действия, при необходимости может быть допрошен… в качестве свидетеля (выделено нами)» (п.

21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2010 г. № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам»).

Таким образом, любой специалист, принимающий участие в следственных (судебно-следственных) действиях при производстве по уголовному делу, дает в случае необходимости1Такая необходимость может возникнуть, например, в случае неясности каких-то обстоятельств, связанных с осмотром места происшествия, следственным экспериментом и т.д., когда эта неясность не может быть устранена путем изучения протокола следственного действия. показания в качестве свидетеля, что не приводит к появлению показаний специалиста как автономного вида доказательств. Единственным исключением является специалист, давший заключение в порядке ч. 3 ст. 80 УПК РФ. Такой специалист подлежит допросу не в качестве свидетеля, а в качестве именно специалиста, поскольку речь идет об «альтернативной экспертизе» сторон. Это подчеркивает акцессорную природу показаний специалиста по отношению к заключению последнего, т.е. здесь действует та же самая логика, что и в случае с экспертом.

Кроме того, следует учитывать, что возможность допроса специалиста в связи с данным им заключением является гарантией достоверности самого заключения.

Не следует забывать, что в отличие от экспертизы получение заключения специалиста происходит вне рамок следственного действия, поскольку является результатом активности сторон, часто самостоятельно к тому же оплачивающих работу специалиста.

Это может вызывать сомнения в объективности, непредвзятости и достоверности заключения специалиста, действующего, условно говоря, «по заказу» частных лиц (обвиняемого, потерпевшего и др.) или их представителей (защитников).

В такой ситуации вызов органом расследования или судом специалиста для дачи показаний в связи с представленным им заключением, предупреждение его об уголовной ответственности по ст.

307 УПК РФ, постановка перед ним вопросов о примененных научных методиках и использованных материалах, об имевшихся в его распоряжении образцах для сравнительного исследования и т.д. становится достаточно надежным средством проверки заключения специалиста и стимулом надлежащего выполнения последним своих процессуальных обязанностей. В каком-то смысле допрос специалиста является средством процессуального восполнения тех сложных процессуальных форм, которые характерны для экспертизы и отсутствуют при даче заключения специалистом.

Остается добавить, что в остальном показания эксперта и специалиста подчиняются тем общим правилам, которые характерны для показаний вообще. Они даются в устной форме, могут быть получены только в результате допроса и т.д. Очевидны и отличия, касающиеся прежде всего содержания данных видов доказательств.

В отличие от подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля эксперт и специалист не являются непосредственными участниками расследуемых событий, поэтому ничего сказать о них не могут.

Они дают показания лишь по поводу сделанных ими выводов при подготовке заключений, что опять-таки объясняет строго акцессорный характер данных видов доказательств.

Источник: https://isfic.info/ugpro/prockurs89.htm

Уголовно-Процессуальный Кодекс Республики Беларусь Статья 60. Свидетель

Допрос специалиста в качестве свидетеля в уголовном процессе

1. Свидетелем является лицо, в отношении которого имеются основания полагать, что ему известны какие-либо обстоятельства по уголовному делу, вызванное органом, ведущим уголовный процесс, для дачи показаний либо дающее показания.

2. Не подлежат допросу в качестве свидетелей:

1) подозреваемый;

2) лица, которые в силу возраста, физических или психических недостатков не способны правильно воспринимать обстоятельства, подлежащие установлению по уголовному делу, и давать о них показания. Для разрешения вопроса о способности лица правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания может назначаться и производиться амбулаторная экспертиза;

3) адвокаты, их стажеры, помощники, иные работники адвокатских образований, юридических консультаций – для получения каких-либо сведений, которые могут быть им известны в связи с оказанием юридической помощи при производстве по уголовному делу;

4) лица, которым сведения, относящиеся к данному уголовному делу, стали известны в связи с их участием в производстве по уголовному делу в качестве защитника, представителя, представителя умершего подозреваемого, обвиняемого, лица, подлежавшего привлечению в качестве подозреваемого, обвиняемого, гражданского истца, гражданского ответчика, адвоката свидетеля. Участие в деле законных представителей подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, представителя умершего подозреваемого, обвиняемого, лица, подлежавшего привлечению в качестве подозреваемого, обвиняемого, не исключает возможности допроса этих лиц в качестве свидетелей по другим обстоятельствам, имеющим значение для дела;

5) прокурор, следователь, лицо, производящее дознание, секретарь судебного заседания (секретарь судебного заседания – помощник судьи) – об обстоятельствах уголовного дела, которые стали им известны в связи с участием в производстве по уголовному делу, а судья – в связи с обсуждением в совещательной комнате вопросов, возникших при вынесении судебного решения;

6) священнослужитель – об обстоятельствах, известных ему из исповеди;

7) врач – без согласия лица, обратившегося за оказанием медицинской помощи, по обстоятельствам, составляющим предмет врачебной тайны;

8) лицо, оказывающее или оказывавшее содействие на конфиденциальной основе органу, уполномоченному законом осуществлять оперативно-розыскную деятельность, – без его согласия и согласия органа, уполномоченного законом осуществлять оперативно-розыскную деятельность, которому это лицо оказывает или оказывало содействие на конфиденциальной основе.

3. Свидетель имеет право:

1) не свидетельствовать против себя самого, членов своей семьи и близких родственников;

2) заявлять отвод переводчику, участвующему в его допросе;

3) собственноручно записывать свои показания в протоколе допроса или удостоверять своей подписью в протоколе следственного или другого процессуального действия правильность записи данных им показаний;

4) заявлять ходатайства и приносить жалобы на действия органа, ведущего уголовный процесс, в том числе о принятии мер по обеспечению его безопасности, членов семьи, близких родственников и иных лиц, которых он обоснованно считает близкими, а также имущества;

5) получать возмещение расходов, понесенных при производстве по уголовному делу, и вреда, причиненного действиями органа, ведущего уголовный процесс;

6) приглашать адвоката для получения юридической помощи при производстве процессуальных действий с его участием.

4. Свидетель обязан:

1) являться по вызовам органа, ведущего уголовный процесс;

2) правдиво сообщить все известное по делу и ответить на поставленные вопросы;

3) не разглашать сведения об обстоятельствах, ставших известными ему по делу, если он был предупрежден об этом органом уголовного преследования или судом;

4) подчиняться законным распоряжениям органа, ведущего уголовный процесс.

5. Свидетель не может быть принудительно подвергнут экспертизе.

6. За разглашение данных предварительного расследования или закрытого судебного заседания без разрешения органа, ведущего уголовный процесс, свидетель несет ответственность в соответствии со статьей 407 Уголовного кодекса Республики Беларусь.

7. За отказ либо уклонение от дачи показаний (за исключением лиц, указанных в пункте 1 части 3 настоящей статьи) или за дачу заведомо ложных показаний свидетель несет ответственность в соответствии со статьями 401 и 402 Уголовного кодекса Республики Беларусь.

Источник: https://kodeksy-by.com/ugolovno-protsessualnyj_kodeks_rb/60.htm

Вс о правилах допроса специалиста

Допрос специалиста в качестве свидетеля в уголовном процессе

Целесообразность подготовки проекта постановления Пленума Верховного Суда РФ «О практике применения законодательства, регламентирующего рассмотрение уголовных дел в суде первой инстанции в общем порядке судопроизводства» не вызывает сомнений.

При наличии принятых постановлений Пленума ВС РФ от 27 ноября 2012 г. № 26 «О применении норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции» и от 28 января 2014 г. № 2 «О применении норм главы 47.

1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде кассационной инстанции» никак нельзя было признать достаточным существование Постановления Пленума ВС РФ от 29 августа 1989 г. № 4 «О соблюдении судами Российской Федерации процессуального законодательства при рассмотрении уголовных дел по первой инстанции».

Тем более что оно принято еще до вступления в силу нынешнего УПК РФ, хотя в него и были внесены связанные с этим исправления.

Подавляющее большинство положений этого проекта не вызывает возражений.

Разъяснения ВС с обвинительным уклоном? Пленум Верховного Суда отправил на доработку проект постановления по вопросам рассмотрения уголовных дел в суде первой инстанции

Вполне понятно и рационально акцентирование внимания судов на содержащихся в нормах УПК РФ условиях их применения. Полезны указания на то, что государственный обвинитель излагает не все содержание обвинительного заключения, а только описание преступных действий и обстоятельства, подлежащие доказыванию (п.

8); оглашение в судебном заседании данных при производстве предварительного расследования показаний подсудимого, потерпевшего, свидетелей возможно лишь при наличии обстоятельств, указанных соответственно в ст. 276 и 281 УПК РФ, перечень которых является исчерпывающим (п.

9); ходатайства об оглашении подлежат рассмотрению судом только по завершении допроса лица всеми участниками со стороны обвинения и защиты, подсудимый и потерпевший могут давать показания в любой момент судебного следствия вне зависимости от того, какая из сторон в это время представляет доказательства суду (п.

10); оглашение показаний допустимо только при условии, что обвиняемому (подсудимому) в предшествующей стадии была предоставлена возможность оспорить показания (п.

12); суд в случае необходимости выяснения вопросов, касающихся возможности повторного допроса несовершеннолетнего свидетеля (потерпевшего), запрашивает медицинские документы или привлекает к участию в деле эксперта, специалиста (врача, психолога) (п. 13).

Важными являются разъяснения судам о том, что правило о распределении обязанностей по доказыванию при рассмотрении ходатайства о признании доказательств недопустимыми, установленное ч. 4 ст. 235 УПК РФ для предварительного слушания, надо применять и в ходе судебного разбирательства (п.

14); наличие в материалах дела судебного постановления о разрешении производства следственного действия или о законности следственного действия, произведенного без предварительного разрешения суда, не освобождает государственного обвинителя от обязанности опровержения доводов стороны защиты о недопустимости доказательств, полученных в ходе указанного следственного действия, если они приводятся в судебном заседании, а суд – от обязанности их оценить (п. 15); не допускается допрос эксперта вместо производства дополнительной или повторной экспертизы, для назначения которой имеются основания (п. 16).

В то же время трудно согласиться с позицией, изложенной в п. 18, о правилах допроса специалиста в судебном заседании.

Проектом предусматривается, что допрос специалиста об обстоятельствах производства следственного действия с его участием по вопросам, входящим в его профессиональную компетенцию, а также для разъяснения выраженного им суждения по этим вопросам проводится по правилам допроса свидетеля и с разъяснением специалисту его прав и ответственности, предусмотренных ст. 58 УПК РФ.

По нашему мнению, такое толкование Уголовно-процессуального кодекса РФ фактически игнорирует положения ч. 1 ст. 58 и ч. 4 ст. 80 УПК РФ, в которых прямо указано, что специалист допрашивается именно об обстоятельствах, требующих специальных познаний, а также для разъяснения своего мнения.

Можно было бы поддержать тезис о том, что по правилам допроса свидетеля специалист допрашивается об обстоятельствах производства следственного действия, в котором он принимал участие. Такое толкование, содержащееся в п. 21 Постановления Пленума ВС РФ от 21 декабря 2010 г.

№ 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам», имеет логическое объяснение: допрос по таким вопросам специалиста ничем не отличается от допроса понятого, присутствовавшего при проведении данного действия.

Но непонятно, почему по вопросам об обстоятельствах, требующих специальных познаний, а также в ходе разъяснения своего мнения специалист, подготовивший заключение, должен допрашиваться по правилам ст. 56 УПК РФ при наличии специальной нормы – ст. 58 УПК РФ. Представляется, более правильным было бы указать, что при допросе специалиста по правилам ст.

58 УПК РФ в случае выяснения у него обстоятельств проведения следственных действий с его участием по аналогии также должны применяться положения ст. 56 УПК РФ. Хотелось бы, чтобы такое разъяснение было распространено и на допрос специалиста, привлеченного стороной защиты в случае необходимости выяснения у него обстоятельств его привлечения. Содержащееся в п.

21 Постановления Пленума ВС РФ от 21 декабря 2010 г. № 28 указание, что приглашенный сторонами специалист дает показания по правилам, предусмотренным для допроса лица в качестве свидетеля, приводит к отказу судов признавать за таким лицом статус специалиста.

На практике это ведет к непризнанию судом за таким лицом после допроса статуса специалиста и, соответственно, к лишению стороны процесса возможности использовать в качестве доказательства подготовленное письменное заключение.

При заявлении стороной ходатайства о допросе приглашенного ею специалиста суды часто выносят постановление о его удовлетворении и допросе лица в качестве свидетеля. Полагаем, что такие судебные решения являются игнорированием воли законодателя, выраженной в положениях ст. 58 УПК РФ.

В связи с этими замечаниями представляется неправильным указание во втором абзаце п. 18 на слова «ранее привлекавшегося к расследованию или судебному рассмотрению дела в качестве специалиста». Это приведет к сужению положений ч. 4 ст.

271 УПК РФ, что входит в противоречие с однозначно выраженной волей законодателя, нашедшей отражение в недавно принятой ч. 2.1 ст. 58 УПК РФ. Также представляется, что п.

19, в котором разъясняется применение этого нового положения закона о невозможности отказа стороне защиты в ходатайстве о привлечении к участию в судебном разбирательстве специалиста, в проекте постановления должен предшествовать п. 18.

Трудно признать обоснованным указание в п. 19 на право стороны обвинения на аналогичное привлечение специалиста к процессу со ссылкой на положение о равенстве прав сторон. Хотелось бы напомнить, что новая ч. 2.1 ст. 58 УПК РФ добавлена в текст закона именно с целью уравновешивания прав стороны защиты с правами стороны обвинения.

При таком обстоятельстве невозможно считать правильным, что дополнительным правом стороны защиты может пользоваться и сторона обвинения. Такое понимание закона противоречит воле законодателя. То, что сторона защиты продолжает собирать доказательства после выполнения ею требований ст.

215 УПК РФ, не может быть направлено на обеспечение равенства сторон в уголовном процессе, в котором она объективно является слабой стороной.

Хотелось бы, чтобы высказанные доводы были учтены при обсуждении Пленумом Верховного Суда РФ подготовленного проекта постановления.

Источник: https://www.advgazeta.ru/mneniya/vs-o-pravilakh-doprosa-spetsialista/

Уголовный суд. Показания специалиста, приглашенного сторонами, даются им по правилам, предусмотренным для допроса лица в качестве свидетеля

Допрос специалиста в качестве свидетеля в уголовном процессе

Правовые основы

Для допрашиваемого участника уголовного судопроизводства предусмотрены правила допроса:
подозреваемый (ст. 76 УПК РФ),
обвиняемый (ст. 77 УПК РФ),
потерпевший (ст. 78 УПК РФ),
свидетель (ст.

79 УПК РФ),
эксперт (ч.2 ст. 80 УПК РФ; ст. 205 УПК РФ; ст. 282 УПК РФ),
специалист (ч.4 ст. 80 УПК РФ).

Таким образом, существует процессуальный принцип: допрос каждого из указанных участников имеет свои особенности, которые следует соблюдать.

Сложившийся статус нарушило Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 28 от 21.12.2010 «О судебной экспертизе по уголовным делам» (п.

21):
«… Показания специалиста, приглашенного сторонами, даются им по правилам, предусмотренным для допроса лица в качестве свидетеля».Обратите внимание на универсальность этой рекомендации.

Специалиста приглашает участник уголовного судопроизводства со стороны обвинения или защиты. Иным образом специалист в деле не появится.

Следовательно, допрашивать по предложенной схеме придётся во всех случаях. Особенности допроса свидетеля распространены и на специалиста. Особенности допроса специалиста, указанные в УПК РФ, стали излишними.

Моя практика

Вирус «специалист→свидетель», рождённый в лаборатории Верховного Суда РФ, мгновенно распространился в уголовных судах. Запомнился первый процесс 2011 года (ч.4 ст. 111 УК РФ).

Я был приглашён стороной защиты как специалист и допущен в судебное заседание.

Когда взошёл на судебную трибунку, то судья злорадно-мстительно заявила, что в процесс допускаю, но допросим по правилам, предусмотренным для свидетеля.

Когда обвинение, не без моего участия, развалилось, то прокурорша и судья униженно и наперегонки стали склонять потерпевшего и подсудимого к примирению. Только так им удалось скрыть все огрехи обвинения, как процессуальные, так и судебно-медицинские. В противном случае пришлось бы выносить оправдательный приговор.

С этого времени меня, специалиста, стали допрашивать всегда как свидетеля. И нарекать в протоколах судебного заседания, не заботясь о процессуальных приличиях: специалист, эксперт, свидетель, эксперт-специалист, свидетель-специалист и пр. Я придумал ещё одно обозначение: «специализированный свидетель».

Новацию ВС РФ я воспринимаю как неуместную шутку и не осилил глубину авторского замысла до сих пор:

√ «Свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо обстоятельства» (ч.1 ст. 56 УПК РФ).
√ «Свидетель может быть допрошен о любых относящихся к уголовному делу обстоятельствах» (ч. 2 ст. 79 УПК РФ).

О чём я могу свидетельствовать, если допущен судом к участию в деле только сегодня, когда до прений осталось пару заседаний? Я узнал об уголовном деле после окончания предварительного расследования, когда адвокат ознакомил меня с его материалами. (Как добиться, чтобы меня ознакомил с делом и судья см.

здесь, глава «п. 7»). 

Председательствующий перед допросом обязательно устно разъясняет допрашиваемому его права, обязанности и ответственность, с оформлением подписки, приобщаемой к материалам уголовного дела:
√ разъясняет «специалисту его права и ответственность, предусмотренные» ст.

58 УПК РФ;
√ разъясняет свидетелю «права, обязанности и ответственность, предусмотренные» ст. 56 УПК РФ.Сравнение ст. 56 УПК РФ и ст. 58 УПК РФ выявляет множество несовпадающих моментов.

В таких условиях грамотные судьи находят консенсус, позволяющий не нарушить закон и исполнить противоречащую закону рекомендацию ВС РФ.

Такую находку продемонстрировал мне 17.11.2017 в г. Тюмени председательствующий, заместитель председателя райсуда по уголовным делам, с которым мы знакомы ещё с советских времён. Он «разъяснил и предупредил» меня как свидетеля. Секретарь подала мне две расписки: одна для свидетеля, другая для специалиста.

Сходу я не осмыслил это «ноу-хау». Поэтому молча расписался, обе расписки приобщены к делу. До окончания судебного следствия ещё далеко: п.п. «а» и «б» ч.3 ст. 286 УК РФ, три подсудимых, четыре защитника. Но я дождусь протокола судебного заседания, чтобы увидеть, как отражена в нём двойная подписка.

«Верховный» модифицирует вирус

Прошло 7 лет. Законодатель не отреагировал на выходку ВС РФ. Зато 19.12.2017 Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)» (п.

17) подтвердило и конкретизировало свою позицию:
«… допрос проводится по правилам допроса свидетеля и с разъяснением специалисту его прав и ответственности, предусмотренных» ст. 58 УПК РФ. Получается, что при допросе специалиста нужно применять правила для свидетеля (ст. 56 УПК РФ), но «разъяснять и предупреждать» по ст. 58 УПК РФ. ВС РФ никогда не обосновывает свои новации.

Процессуалисты! Если кто-то догадался, то разъясните врачу, в чём заключается задумка «верховной» лаборатории?

Более того, допрос специалиста, согласно Постановлению, может состояться только после того, как к делу приобщено заключение специалиста:
«Специалист, … представивший свое заключение, приобщенное к делу в качестве доказательства, при необходимости может быть допрошен в судебном заседании … для разъяснения выраженного им суждения по этим вопросам». Получилось, что Постановление навязывает последовательность процессуальных действий, принятую для экспертиз (ст. 205 УПК РФ, ст. 282 УПК РФ): сначала приобщите Заключение, а потом допросите автора. Эта инструктивная рекомендация порождает другие вопросы:
1. если в приобщении суд отказал, то допрос может и не состояться? 2. как осуществить вариант, ярым сторонником которого я являюсь? Сначала допрос специалиста, а после этого ходатайство о приобщении моего Заключения к материалам дела (расскажу в следующей публикации).

3. как быть, если адвокат запланировал только допрос специалиста, без приобщения моего Заключения.

Что делать … специалисту-свидетелю?

Мне, как самой невзрачной фигурке на процессуальном поле, остаётся только покориться. Не сомневаюсь, что в первых же уголовных делах 2018 года с моим участием судьи продемонстрируют единство и единообразие, подтверждающее монолитность судебной вертикали власти. В конце года поделюсь с праворубцами своими наблюдениями.

Источник: https://pravorub.ru/articles/81250.html

Допрос специалиста в уголовном судопроизводстве: необходимо законодательное регулирование

Допрос специалиста в качестве свидетеля в уголовном процессе

Лазарева Л.В., кандидат юридических наук, доцент кафедры уголовно-процессуального права Владимирского юридического института ФСИН России.

Статья посвящена проблемам использования в уголовном судопроизводстве нового источника доказательств — допроса специалиста. Проанализированы поводы, предмет и специфика показаний специалиста.

На основе анализа действующего уголовно-процессуального законодательства автор обосновывает вывод, что специалист может быть допрошен и без составления им заключения.

Особое внимание в статье уделено участию сторон в допросе специалиста.

Автор вносит ряд предложений, направленных на совершенствование механизма допроса специалиста. Предлагается ввести дополнительно допрос специалиста в суде и оглашение показаний специалиста в суде.

Показания специалиста были введены в уголовный процесс в качестве доказательств только УПК РФ 2001 г. В связи с их отсутствием в ранее действовавшем уголовно-процессуальном законодательстве, допрос специалиста остается недостаточно исследованным в юридической литературе.

В разделах УПК, регламентирующих следственные действия в предварительном расследовании и в суде первой инстанции, допрос специалиста вообще не упоминается. Как верно отмечает А.А.

Давлетов, в стадии предварительного расследования дозволения на производство допроса специалиста вообще нет, в судебном же разбирательстве подобный вопрос упоминается лишь в частной норме (ст.

271 УПК РФ) без закрепления порядка его проведения в главе 37 УПК РФ «Судебное следствие», что фактически также означает отсутствие явно выраженного разрешения на его проведение .

Давлетов А.А. Специалист в уголовном процессе: новые возможности и проблемы // Российская юстиция. 2003. N 9. См. также: Ломакина Е.В. Актуальные вопросы использования специальных знаний в российском уголовном судопроизводстве: Автореф. дис. к.ю.н. Оренбург, 2006.

Практика пытается выйти из ситуации путем допроса специалиста в качестве свидетеля, что, на наш взгляд, неправомерно. Анализ изученных уголовных дел показал, что допрос специалиста по правилам допроса свидетеля имел место в 30% случаев.

Например, по уголовному делу, возбужденному по ч. 1 ст. 198 УК РФ, специалист был допрошен по правилам допроса свидетеля . Но еще большее удивление вызывает другой факт.

В деле имеется протокол допроса свидетеля, в котором специалисту сначала разъясняются права и ответственность по ст. 56 УПК, он предупреждается об ответственности по ст. ст.

307 и 308 УК РФ, а затем в этом же протоколе специалисту разъясняются права и ответственность по ст. 58 УПК и он же предупреждается еще об ответственности по ст. 310 УК РФ!

См.: Уголовное дело N 1-219/07. Архив Ленинского райсуда г. Владимира за 2007 г.

Предложенный практикой выход из ситуации представляется неприемлемым, поскольку специалист и свидетель — разнородные участники уголовно-процессуальной деятельности, что подтверждается закреплением статуса каждого в разных статьях УПК РФ (56 и 58), неодинаковой нормативной дефиницией этих субъектов, собственной совокупностью прав и обязанностей того и другого, а главное — различным характером приобретенного знания. Характер их показаний совершенно различен: если в показаниях свидетеля ценны прежде всего его наблюдения, особенности восприятия им информации, то в показаниях специалиста на первый план выходят его мнение и умозаключения.

Допрос специалиста есть самостоятельное следственное действие, подлежащее безотлагательному внесению в УПК РФ, варианты которого предлагались отдельными авторами .

Бельский А.И. Заключение и показания специалиста как доказательства в уголовном процессе России: Автореф. дис. к.ю.н. М., 2006.

Допрос специалиста возможен при наличии одного из поводов:

  • возникшая у следователя (дознавателя, прокурора или суда) необходимость в получении информации по специальным вопросам;
  • ходатайство участников уголовно-процессуальной деятельности, наделенных полномочиями собирания доказательств (ст. 86 УПК РФ): защитника (п. 3 ч. 1 ст. 53 УПК РФ), подозреваемого (п. 5 ч. 4 ст. 46 УПК РФ), обвиняемого (п. 5 ч. 4 ст. 47 УПК РФ), потерпевшего (п. 5 ч. 2 ст. 42 УПК РФ), гражданского истца (п. 4 ч. 4 ст. 44 УПК РФ), их представителей (ч. 3 ст. 45 УПК РФ), гражданского ответчика и его представителей (п. 8 ч. 2 ст. 54, ч. 2 ст. 55 УПК РФ).

Возникает вопрос о предмете допроса специалиста.

«Предметом допроса специалиста, — говорится в одном из комментариев к УПК РФ, — являются те же сведения, что были им сообщены в своем заключении» . Такое ограничение предмета допроса специалиста, по нашему мнению, не следует из содержания данной нормы.

Буквальное ее толкование говорит о том, что разъяснение своего мнения на базе имеющегося у него багажа специальных знаний он может дать по любым обстоятельствам, когда в этом возникла необходимость, а не только по поводу своего заключения.

Иногда специалист может быть допрошен по поводу его участия в следственном действии, чтобы разъяснить свое мнение относительно оказанной им следователю помощи в обнаружении и фиксации следов и вещественных доказательств преступления, способов использования им с этой целью научно-технических средств.

Источник: https://wiselawyer.ru/poleznoe/40369-dopros-specialista-ugolovnom-sudoproizvodstve-neobkhodimo-zakonodatelnoe-regulirovanie

Свидетель или все-таки специалист? (Будякова Т.П., Воеводина Г.А.)

Допрос специалиста в качестве свидетеля в уголовном процессе

Дата размещения статьи: 11.07.2016

В практической деятельности следственных и судебных органов России сложилась практика, в ходе которой была выработана правовая позиция, согласно которой специалист, привлекаемый для участия в уголовном и административном судопроизводствах, юридически формально выступает в уголовном и административном процессах в качестве свидетеля.

Данная позиция не соответствует нормам позитивного права и в известном смысле нарушает права как специалиста, так и иных участников судопроизводства. Наиболее часто нарушение материальных и процессуальных норм возникает при привлечении в качестве специалистов врачей , психологов и лингвистов.——————————— Зороастров О.М.

Эксперт и специалист в уголовном процессе // Преступность в Западной Сибири: актуальные проблемы профилактики и расследования преступлений. Сборник статей по итогам Всероссийской научно-практической конференции. Тюмень: ТюмГУ, 2013.

Такая практика сложилась давно, когда суды были вынуждены применять принцип аналогии закона в силу отсутствия специальной нормы, закрепляющей форму и порядок предъявления результатов деятельности специалиста. Однако Федеральным законом от 04.07.2003 N 92-ФЗ такой нормой была дополнена ст. 74 УПК РФ.

В качестве судебных доказательств в уголовном судопроизводстве были допущены заключение и показания специалиста (п. 3.1 ч. 2 ст. 74).В силу этого привлечение специалиста в уголовное судопроизводство в статусе свидетеля является на данный момент искажением требований, предъявляемых законодательством к специалисту.Уголовно-процессуальный кодекс РФ закрепляет понятие специалиста в ст.

58 УПК РФ как лица, обладающего специальными знаниями, привлекаемого к участию в процессуальных действиях в порядке, установленном Уголовно-процессуальным кодексом РФ, для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию.С опорой на законодательное определение специалиста в уголовном судопроизводстве можно сформулировать понятия психолога-специалиста и специалиста-лингвиста, выделив общие существенные признаки данных понятий. Психолог-специалист в уголовном судопроизводстве — это лицо, обладающее специальными знаниями в области психологии, привлекаемое к участию в процессуальных действиях в порядке, установленном Уголовно-процессуальным кодексом РФ, для постановки вопросов эксперту-психологу, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, имеющих психологическую природу и значимых для установления истины по уголовному делу. Специалист-лингвист в уголовном судопроизводстве — это лицо, обладающее специальными знаниями в области лингвистики, привлекаемое к участию в процессуальных действиях в порядке, установленном Уголовно-процессуальным кодексом РФ, для постановки вопросов эксперту-лингвисту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, имеющих лингвистическую природу и значимых для установления истины по уголовному делу.Общим в определениях специалистов в области психологии и лингвистики является то, что они выполняют исключительно консультативную и разъяснительную функции и, в отличие от специалистов других областей, не могут быть привлечены для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела в силу специфики профессиональной деятельности.Нормы Кодекса РФ об административных правонарушениях не позволяют использовать в качестве средства доказывания при рассмотрении административных дел заключения психолога-специалиста и специалиста-лингвиста, поскольку КоАП РФ ограничивает функции специалиста оказанием содействия в обнаружении, закреплении и изъятии доказательств, а также в применении технических средств, и не предусматривают консультационную и разъяснительную деятельности специалиста (ч. 1 ст. 25.8 «Специалист» КоАП РФ). Полагаем, что это существенный пробел в административном законодательстве, поскольку заключение психолога-специалиста, как и заключение специалиста-лингвиста, помогло бы установить истину при рассмотрении дел, где психологический и (или) лингвистический факторы являются существенными элементами механизма административного правонарушения.Уловка, к которой в настоящий момент прибегают мировые судьи, пытаясь устранить этот пробел, понятна, но юридически не оправданна. Мировые судьи вызывают специалиста для выполнения функций специалиста, но участвовать в административном судопроизводстве специалисты должны почему-то в качестве «свидетеля». Тем самым происходит неправомерная подмена процессуальных статусов.Согласно ч. 1 ст. 25.6 КоАП РФ свидетель — это лицо, которому могут быть известны обстоятельства дела, подлежащие установлению. Слишком обобщенная формулировка понятия «свидетель» в законе позволяет расширительно толковать его значение. Однако статусы специалиста и свидетеля существенно различаются.Процессуальный статус выражается в совокупности процессуальных прав и обязанностей, определяет границы возможного и необходимого поведения личности. Свидетель обязан явиться по вызову судьи, органа, должностного лица, в производстве которых находится дело об административном правонарушении, и дать правдивые показания: сообщить все известное ему по делу, ответить на поставленные вопросы и удостоверить своей подписью в соответствующем протоколе правильность занесения его показаний. Свидетель вправе:1) не свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников;2) давать показания на родном языке или на языке, которым владеет;3) пользоваться бесплатной помощью переводчика;4) делать замечания по поводу правильности занесения его показаний в протокол.Однако свидетель — это лицо, которое имеет информацию по данному конкретному делу, а специалист — это тот, кто имеет специальные познания в определенной области знания, причем согласно нормам УПК РФ и КоАП РФ он может и не иметь представления о конкретном деле вообще, поскольку закон не предусматривает право специалиста знакомиться с материалами дела. Специалист привлекается не для того, чтобы рассказать суду, что ему известно по рассматриваемому судом делу, а для консультации и разъяснений, которые могут повлиять на результаты рассмотрения дела.От свидетеля требуется степень точности его восприятия, целостность, адекватность объективной картины правонарушения, которые зависят от личности свидетеля, его интеллектуально-волевой сферы, внутреннего отношения к правонарушению и лицам, в нем участвующим . От специалиста требуется высокий уровень профессиональной квалификации, обусловленный уровнем его профессиональной подготовки, опытом профессиональной деятельности, профессиональной эрудицией.——————————— Мельников В.Ю. Адвокатская практика. 2011. N 2. С. 26.Право свидетеля не свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников не актуально для специалиста, поскольку он сам, его супруг и близкие родственники не являются объектом науки и техники.Правомочия давать показания на родном языке или на языке, которым владеет, и пользоваться бесплатной помощью переводчика также не актуальны для привлечения специалиста, поскольку специалист не может быть случайным человеком в отличие от свидетеля. При назначении специалиста учитывается знание им основного языка судопроизводства.Учет различия в статусе важен и при разрешении вопроса об оплате труда свидетеля и специалиста. Согласно Постановлению Правительства РФ от 1 декабря 2012 г. N 1240 «О порядке и размере возмещения процессуальных издержек, связанных с производством по уголовному делу, издержек в связи с рассмотрением гражданского дела, а также расходов в связи с выполнением требований Конституционного Суда Российской Федерации и о признании утратившими силу некоторых актов Совета Министров РСФСР и Правительства Российской Федерации» свидетелю и специалисту оплачиваются проезд к месту производства процессуальных действий и обратно к месту жительства, работы или месту временного пребывания (пункт 2 Постановления). Однако нештатный специалист, кроме того, имеет право на вознаграждение за свою профессиональную работу (п. 22 Постановления).Таким образом, существующая практика уголовного и административного судопроизводств не всегда учитывает права и законные интересы специалиста, участвующего в судопроизводстве.Приведем фрагмент протокола допроса свидетеля, в котором специалист формально выступает в иной процессуальной роли: свидетеля. Документ составлен 3 марта 2015 г. следователем ОВД следственного отдела по г. Ельцу следственного управления СК России по Липецкой области.»По существу дела могу сказать следующее: Я проживаю по вышеуказанному адресу. Я имею высшее образование по специальности «филолог, преподаватель». Я состою в должности доцента кафедры языкознания и документоведения Института филологии ЕГУ им. И.А. Бунина, являюсь кандидатом филологических наук в области современного русского языка. Лексическое значение каждого слова, употребляемого в русском языке, мне хорошо известно». данного фрагмента не отвечает вопросу протокола, поскольку приведенная информация не относится к существу конкретного дела.Другой фрагмент: «В русском языке имеются употребительные слова, соответствующие норме русского языка, которые допустимы в употреблении в общественном месте, а также встречаются обидные слова и оскорбительные слова и выражения, которые не допустимы в употреблении, так как они являются унижающими честь и достоинство человека. Критерии разграничения слов зафиксированы словарями современного русского языка (С.И. Ожегов, В.И. Даль, Т.Ф. Ефремова, Д.Н. Ушаков) и современного русского литературного языка. Обидные и оскорбительные слова не включены в словари повседневного употребления слов, они являются словами, стоящими за пределами нормы употребления слов в обществе, следовательно, за пределами морали и нравственности, и поэтому включены в специальные словари обидных слов, словари матерных слов и выражений, а именно «Большой словарь мата» А. Плуцера-Сарно; «Краткий словарь блатного жаргона», «Словарь русской брани» В.М. Мокиенко, Т.Г. Никитиной. Мат — грубые, унижающие и оскорбляющие честь и достоинство человека слова. Обидные слова — это проявление невежественного отношения к человеку…».Далее следуют выводы, что характерно для заключения специалиста, и приводится список литературы, что также специфично для заключения специалиста по заявленной теме, но не для свидетельских показаний. Сам фрагмент также отражает не информацию по конкретному делу, а освещает состояние научного знания по проблеме оценки оскорбительности словесных выражений.В связи с декриминализацией деяния, предусмотренного ранее действующей ст. 130 «Оскорбление» УК РФ, и включением в КоАП РФ аналогичной по содержанию и названию статьи, рассмотрение дел по оскорблению личности стало осуществляться по правилам административного судопроизводства, нормы которого, как было указано выше, не предусматривают такой обязанности специалиста, как консультативная и разъяснительная деятельность. В сложившейся ситуации нормативной неопределенности лучшим выходом был бы не перевод специалиста в статус свидетеля, а назначение судебной психолингвистической экспертизы. Вопросы назначения судебной экспертизы значительно лучше регламентированы в КоАП РФ. Кроме того, психолингвистическая экспертиза ответит не только на вопрос, являются ли определенные слова оскорбительными, но и определит степень оскорбительности слов и выражений для конкретного лица, степень нравственных страданий оскорбленного, что позволит решить вопрос о размере компенсации за причиненный моральный вред.

Литература

1. Зороастров О.М. Эксперт и специалист в уголовном процессе // Преступность в Западной Сибири: актуальные проблемы профилактики и расследования преступлений. Сборник статей по итогам Всероссийской научно-практической конференции. Тюмень: ТюмГУ, 2013.

2. Мельников В.Ю. Свидетель в уголовном процессе России // Адвокатская практика. 2011. N 2. С. 26.

Если вы не нашли на данной странице нужной вам информации, попробуйте воспользоваться поиском по сайту:

Источник: http://xn----7sbbaj7auwnffhk.xn--p1ai/article/19246

Юрист Воеводин
Добавить комментарий